Книга Гражданство магической реальности, страница 195 – Максим Сабайтис

— Кстати, спасибо, пап, очень помогло.

Отец понимающе кивнул. Надо потом сказать ему, что в конце боя куртка была на Алисе, ее тоже надо будет лечить.

— Затем мы встретились возле метро и пошли в парк. Алиса к тому моменту уже была под принуждением. Даже время и место встречи определялось устроителями ловушки. Подозреваю, что и наш маршрут по парку тоже. Или была какая-то подпрограмма возможной корректировки. А затем ливень, мы начали искать укрытие и нас вывели к подсобке. А там монарь, которую меня обманом попросили открыть.

— Топорная работа, — сделав глоток чаю констатировала мама. — На авось. Но в дальнейшем, Имярек, постарайся сам не открывать никаких незнакомых дверей, которые тебе предлагают люди, категории Пи. Или еще лучше, изменим немного твою программу тренировок, чтобы обучить проверкам на скрытые топологические деформации.

— Второй раз тот же прием вряд ли будут использовать, — возразил отец. — Но с предложением согласен. Перестраховка не помешает.

— А дальше мы упали на муравейник с небольшой высоты. Даже как-то странно, что точка выхода оказалась с одной стороны так неудобно расположена, а с другой, было на что упасть. Сравнительно безопасно.

Я сделал паузу, в основном ради того, чтобы найти способ обойти некоторые ограничения. Надеюсь, это окажется критически важная информация. Ряд деталей придется упустить.

— Очень похоже на контрабандную тропу, — немного подумав озвучила свои догадки мама.

— Если делать ловушку в стиле "Incredible Machine", из подручных средств, то это даже обосновано. Устанавливать монарь с нуля, в людном месте — занятие на месяц работы. Или придется использовать чит-коды печатников, но об этом пусть уже безопасность думает. Утечки такого рода составляют треть их повседневной работы.

Я взял в руки чашку и посмотрел на то как четыре небольшие чаинки плавают возле самого её дна. Как же капитально может умиротворять это насквозь мирное зрелище — особенно в контрасте с тем, что так не хочется вспоминать.

— А затем? — наконец-то спросил отец. — Вы приземлились на муравейник. Но где был сам муравейник?

— В таком же парке. В такой же “жадной” зоне. Но там гудели сирены. И работал пункт 39 нашего гражданского контракта.

Ссылаться на гражданский контракт мне обязательство о неразглашении не запрещало. Знающий поймет.

Спустя несколько секунд мама отставила свою чашку и с испугом посмотрела мне в глаза. Я попробовал улыбнуться. Наверное, даже получилось. Через секунду-другую дошло и до отца.

В качестве извинений за то, что не могу рассказать всего в деталях, пришлось пожать плечами.

— Все… было настолько плохо? — осторожно сформулировал отец таким образом, чтобы у меня был шанс ответить в обход ограничений.

— Из семи с лишним сотен человек, что пошли за мною, выжила только Алиса. И то лишь оттого, что без её помощи мне было не зайти в портал. Собственно, незадолго до этого я и произвел инициацию её резервуара.

Мама закрыла лицо руками. Отец встал из-за стола и прошелся до границы оформленного пространства, затем обратно.

Бабушка попросила смягчить? Ну так я и не буду описывать как терял, человек за человеком, весь свой отряд.

— Каннер, мы с тобой безнадежные идиоты, — констатировала мать таким тоном, что я запоздало испугался. — У нас с практически со стопроцентной вероятностью отняли сына. То, что он вообще вернулся — за пределами погрешности первичного моделирования. Алладо была права. И тогда, и сейчас.