Книга Гражданство магической реальности, страница 223 – Максим Сабайтис

Алиса смутилась, а меня от его шуточек защищала перспектива говорить про Росомаху.

— Дедуктивный метод подсказывает, что все опять намного сложнее чем выглядит, — прокомментировал моё мрачное лицо Ворчун, протягивая нам по пиву.

— Магия?

Вместо ответа я приложился к банке, осушая ее наполовину.

— Доброго дня, Вова, — нанесла коварный удар Алиса.

— Ворчун, — поправил ее мой лучший друг. — И, хотя я привычно не понимаю, что происходит, должен хотя бы попробовать спросить напрямую. Как получилось, что вы теперь вместе и как называть этот тип отношений?

Удивительно, но сработала моя закладка. Перед встречей я попросил Алису помочь с объяснениями, но без нарушений ограничений. Как-то не хотелось конфликта между магическим ограничением из-за гражданства и приказом владельца нежити.

— Личный вассалитет.

В ответ на недоуменный взгляд Ворчуна мне оставалось лишь утвердительно кивнуть.

— Это какое-то читерство, — мой друг начал оправдывать свое прозвище.

— Нет, читер в нашей паре я, — Алиса сверкнула озорными глазами и адресовала мне улыбку, которую иначе как персональной было не назвать. — А Имярек, благородный страдающий рыцарь. Между прочим, он спас мне жизнь!

— И теперь мы с нею почти что неразлучная пара, как минимум на десять следующих лет. Безальтернативно, — подхватил я, надеясь, что мы не окончательно шокировали друга и он правильно расшифрует намек на безальтернативный брак.

Ворчун не подвел. Ему понадобилось всего два глотка пива на разгадку.

— Вассалитет… я боюсь представить, что на этот счет скажут Росомаха или Медея…

Ну вот, а ведь все так ладно начиналось. Думал, что найдется какой-то более удобный случай.

— Росомаху убили, Ворчун. И мы сейчас поедем к Медее, потому что это была очень нехорошая смерть.

Алиса недоуменно посмотрела мне в глаза, пришлось отвести взгляд. Охотницу за силой нежить не знала, но новость была тревожной, а бой и пожарище закончились не так давно.

Сколько смертей видела девушка тогда? И к каким последствиям привели бы эти воспоминания, не получи она моего приказа?

А вот Ворчун выглядел потерянным. Да, Росси ему тоже нравилась, но узнав о её роли в магическом мире он не стал к ней подкатывать.

— Детали знаешь? — процедил он сквозь зубы.

— У Медеи, — подтвердил я.

На том и сошлись. Допив пиво, мы дошли до трамвайной остановки и стали ждать подходящего транспорта.

— А еще родители организовали нам с Алисой квартиру, — чтобы хоть чем-то разбавить молчание рассказал я другу.

— В том же доме, но чуть выше. Нам какое-то время совсем нельзя расставаться надолго. Почти как в “Солярисе”.

Ворчун с опаской посмотрел на Алису. Та пожала плечами. Я очень надеялся, что никак не обидел девушку, озвучив это сравнение. Она ведь даже огрызнуться в ответ не может. Всерьез, по крайней мере.

— Пригласишь на новоселье?

— Обязательно. Как обустроимся.

Дом Медеи встретил странной распечаткой на двери. Лист А4, прикрепленный синей изолентой, наполняли какие-то абстрактные каракули и фраза, напечатанная крупным жирным шрифтом: “Этот день не для радости”.

Ворчун насупился и помрачнел. Ему явно не хотелось внутрь, быть может как раз из-за этих каракуль. Пришлось выйти вперед, повернуть ручку и переступить через порог.

— Опаздываешь примерно на час, — хмуро кивнула Лямбда, отрываясь от какой-то головоломки на своем телефоне.