Книга Отец подруги. Никто не узнает, страница 2 – Вероника Касс, Адалин Черно

— Пап, познакомься, это Тася. Она поживет у нас некоторое время?

— Что значит поживет? — чеканит ледяной мужской голос.

— Она хорошая пап. Ответственная и скромная. Парней не водит. У нее ситуация сейчас такая, это ненадолго. Всего на пару недель.

Мужские губы изгибаются в холодной усмешке, а меня бросает в жар. Отец моей подруги смотрит на меня с нескрываемым холодом. Он ни единому слову дочери не верит и у него есть основания.

Мы с ним уже встречались. Дважды. И оба раза я от него сбежала. В первый, как он считает, украв дорогущую коллекционную вещь, а во второй…

Тогда воровала не я, а он. Украл у меня то, что не купишь ни за какие деньги…

— Господи, я такие дома только в кино видела, — восторженно тяну я, оглядываясь по сторонам.

— А я тебе что говорила, — фыркает Марина, — а ты все почему так много платят, почему так много платят. Да потому что у них денег дохрена.

И все же, я не изменила своего мнения. Никогда не думала, что обычные официанты могут столько заработать за один-единственный выход.

Мы сворачиваем с тропинки, освещенной фонарями и заходим в дом с террасы.

— Вот они! — ахает, блондинка в годах, и хватает меня за локоть, стоит мне только переступить порог. Второй рукой она берет за запястье Марину и начинает тащить нас словно на буксире, вперед, — быстрее, быстрее. Десять минут всего осталось.

Мы проходим кухню размером с целый этаж многоквартирного дома, в котором я прожила все свое детство, и попадаем в помещение с приглушенным светом, наполненное… официантками.

Только девочки. И все как на подбор красавицы.

— Идите быстрее переодевайтесь, — женщина подталкивает нас, и если Марина ее слушает, быстро бежит к диванчику и начинает раздеваться, совершенно не стесняясь других девушек, то я по-прежнему стою на месте.

Происходящее мне не нравится. Очевидных причин нет. Но в груди бьется неясная тревога, которая сопровождает меня с самого утра. Именно тогда Марина спросила нужны ли мне деньги. Целых тридцать тысяч, которые были мне не просто нужны, а необходимы как воздух.

— Тась, что стоишь!

Я морщусь и все же иду за формой. Форма мне тоже не нравится. На девочках, что повыше ростом и с грудью побольше она смотрится слишком откровенной. Видимо организаторы решили, что платят и так слишком много, и не стали заморачиваться с размерами, закупив на всех сорок второй, а то и сороковой.

Я прикусываю губу и все же начинаю переодеваться.

С длиной мне повезло, юбка все же прикрывает ажурный край чулок, а вот с декольте вышел провал. Мои верхние девяносто стали выглядеть еще более пышными, чем были на самом деле, за счет того, что топ их стянул.

— Вау! — удивляется подруга, — никогда не замечала, что у тебя настолько большая грудь, — она сжимает ладонями свою и печально стонет, — мне бы такие титечки.

— Забирай, — морщусь я, пытаясь хоть как то утрамбовать грудь, но она вся вываливается в декольте. — Всегда хотела от нее избавиться.

— Так все, быстро на выход! — хлопает в ладони и громогласно кричит блондинка. — Быстрее-быстрее, там сейчас закончится приветствие, надо выносить алкоголь.

Гомон стихает, девочки замолкают и змейкой выстраиваются у выхода.

— А как же обувь? — удивляюсь я, и мой голос в образовавшейся тишине звучит как сирена.