Книга Отец подруги. Никто не узнает, страница 69 – Вероника Касс, Адалин Черно

— Я не хочу спать, — говорю упрямо, присаживаясь на кровати и скидывая с себя полотенце, в которое он меня закутал.

Наверное, алкоголь и правда как-то странно на меня действует. Раньше я бы никогда не рискнула вот так щеголять перед Дамиром голой грудью. А сейчас… потеряв всякий стыд, упираюсь руками о матрас и, гордо вскинув голову, смотрю прямо на него. Жду, когда он поднимет голову и посмотрит, но он даже не отвечает. Вообще никак не реагирует, и это злит.

Он по-прежнему не видит во мне женщину?

Тогда кто… кто я для него?

Девочка, которую он спасает, потому что жалко?

Раздражает! Ловко спрыгнув с кровати, решительно шагаю к нему. На мне ни грамма одежды, и я совершенно не умею соблазнять, но неужели я некрасива? Уверена, что это не так. У меня хорошая фигура, большая грудь, как любят мужчины.

А отношений у меня не было только потому что заводить их было некогда. Не скажу, что парни головы сворачивали, но смотрели. И Дамир смотрел тоже, я видела не раз его взгляд на себе. Даже вот недавно, в душе. Он смотрел и хотел меня. Но теперь делает вид, что ему неинтересно.

Когда к Дамиру остается пару шагов, он неожиданно откладывает телефон и поднимает голову. Сталкиваемся взглядами. Внутри искрит от напряжения, когда подхожу ближе и наклоняюсь к нему. Упираюсь руками в подлокотники, улыбаюсь. Надеюсь, что это выглядит соблазнительно хоть немного.

— Разве я совсем тебе не нравлюсь? — спрашиваю томным голосом.

Дамир ничего не отвечает. И никак не реагирует. Но смотрит, да. Неотрывно. Прямо. Кажется, не равнодушно, но что именно выражает его взгляд, не могу понять.

— Ты целовал меня в душе, — замечаю. — Очень страстно целовал. Мне понравилось. И я хочу продолжения.

Наклоняюсь к нему, чтобы поцеловать в шею, но он слегка отстраняется, но также неотрывно смотрит мне в лицо. Что пытается там рассмотреть? Не понимаю. Но очень хочу, чтобы смотрел и дальше. А еще лучше, чтобы целовал. Так, как совсем недавно в душе. Дико, самозабвенно, влажно. У меня бабочки запорхали в животе, когда он прижал меня к стене. Хочу снова испытать это чувство с ним. Почему-то уверена, что никто, кроме него ничего подобного во мне не пробудит.

— Дамир-р-р, — смакую его имя на языке.

Между нами жалкие сантиметры. Мы смотрим друг на друга и никто не решается действовать. Я пытаюсь, но он отворачивается. Даже щеку мне не подставляет для поцелуя.

— Так и не решишься? — говорю разочарованно.

Пробую горечь отказа на языке. Она мне не нравится.

Я хотела, чтобы он прекратил видеть во мне несмышленую девочку, а он… упрямо меня игнорирует.

— Ладно, — собираюсь отстранится, но в этот момент Дамир поворачивается.

Не знаю, что происходит, но между нами будто что-то воспламеняется, наэлектризовывается. Его взгляд вспыхивает, мои затихшие бабочки воспаряют в воздух. Я непроизвольно отстраняюсь, отрываю руки от подлокотников, чтобы отойти, но Дамир поднимается следом. Неотрывно глядя на меня, наступает, а я почему-то отхожу.

Минуту назад я напрашивалась сама, а сейчас мне почему-то страшно. Создается впечатления, что вместо поцелуев он меня придушит за поведение. Но нет. Дамир приближается и, когда отступать больше некуда — за мной кровать — резко притягивает к себе за талию.

— Осознаешь ли ты, что делаешь, Тая? — спрашивает хрипло. — Осознаешь, что пытаешься во мне вызвать и что… вызываешь?