Книга Сын своей матери. История идеальной семьи, в которой вырос психопат-насильник, страница 211 – Джек Олсен

Интерес СМИ был столь велик, что в соседнюю комнату вывели монитор и громкоговоритель, чтобы вместить журналистов. Местные телеканалы вели прямые включения, ради этой «реальной драмы» даже прерывали мыльные оперы – и, как отмечали наблюдатели, «на этот раз жалоб почти не было».

Еще до начала слушаний в кабинете судьи вспыхнули споры. Прокурор Брокетт, рассчитывавший выиграть крупнейшее дело в карьере, отказался передать защите полный массив полицейских материалов, как требовал закон 1973 года, ограничившись резюме и подписанными заявлениями потерпевших. На вопрос, почему он меняет практику, которой придерживался восемь лет, он ответил: «Я уже некоторое время хотел ее ревизовать». Многие сочли момент для этого более чем удобным.

Когда началась открытая часть процесса, делегация Национальной женской организации устроила бдение – «чтобы удостовериться, что потерпевшие не станут обвиняемыми». В зале было выделено одно место для Центра помощи жертвам изнасилования, четыре – для родственников потерпевших и два – для семьи Коу. Журналистам разрешили работать свободно, но сдержанно; одного слишком активного оператора судья временно удалил.

В первые дни Фред Коу держался уверенно. Он сидел между адвокатами, Роджером Джиглером и Джули Туайфорд, каждый день в новом костюме-тройке, делал заметки золотой ручкой и в остальное время крепко ее сжимал. Он иногда улыбался, кивал, спокойно воспринимал неблагоприятные решения – и в целом вел себя так, будто сам был частью суда. Новым зрителям приходилось присматриваться, чтобы понять, кто здесь обвиняемый.

Во вступительном слове помощник прокурора Патрисия Томпсон заявила присяжным, что шесть женщин расскажут об изнасилованиях, а их показания подтвердят медицинские доказательства; пятеро из них будут говорить об угрозах ножом. Она добавила, что Вирджиния Перхэм, бывшая девушка Коу, опишет их отношения, его сексуальные привычки, занятия бегом, одежду и предметы, которые он носил с собой. Когда Томпсон начала упоминать эпизод с дилдо на Апрайвер-драйв, судья прервал ее, указав, что еще не решил, допустимы ли такие показания.

Джули Туайфорд напомнила присяжным:

— Мистер Коу считается невиновным, и защита не обязана ничего доказывать.

Журналисты оживились, когда она обозначила линию защиты: из-за финансовых трудностей Коу проводил много времени у родителей и часто находился с ними в часы, когда происходили нападения. Кроме того, по ее словам, он вел собственное расследование и пытался выйти на настоящего преступника.

— Он действительно был во многих местах, где его видела полиция, – сказала она, – но он находился там с определенной целью.

Оставалось понять, как он собирается это доказать.

Когда Лоис Хиггинс узнала, что будет первым свидетелем, она сначала подумала, что не сможет – просто развалится от страха. Потом решила, что ничто ее не остановит. Она никогда не могла спокойно говорить о своем изнасиловании и все еще злилась на человека, который засунул ей руку в горло и почти три года делал то же самое с другими женщинами. Ей казалось невозможным, что такое могло происходить в обычном американском городе.