Книга Сын своей матери. История идеальной семьи, в которой вырос психопат-насильник, страница 226 – Джек Олсен

Почти час он рассказывал о своей карьере: радиошкола, первые станции, возвращение, работа в KJRB, затем Лос-Анджелес. Все складывалось в аккуратную «восходящую спираль». Даже работу билетером он описывал как шаг к мечте:

— Я был в Лос-Анджелесе, около года работал в кинотеатральном бизнесе… Я работал в «Нэшнл Дженерал Корпорейшн», которая была многонациональным конгломератом. Они владеют и кинотеатрами, и компаниями по производству фильмов. В то время я надеялся стать сценаристом, поэтому работал в кинотеатре корпорации в надежде стать сценаристом. Кинотеатр находился примерно в миле от «Юниверсал Студиос», где «Нэшнл Дженерал» снимала большую часть своих фильмов. Так что я был близко к тому месту, куда пытался пробиться.

Давая показания, он жестикулировал ручкой, делал мягкие, почти заученные движения головой в сторону присяжных, время от времени кивал, как будто сам подтверждал собственную правдивость. Он пил воду, опирался на поручень, чувствовал себя почти уютно – как человек, который здесь не защищается, а ведет лекцию. Отвечал он без пауз и, главное, без малейшего стремления сократить ответ.

До суда Дональд Брокетт признавался, что главная проблема обвинения – убедить присяжных: такой человек вообще может быть способен на изнасилование. По мере того как Коу продолжал говорить, присяжные, казалось, действительно пытались это осмыслить. Он производил впечатление терпеливого школьного учителя, объясняющего материал классу, который слегка отстает.

Даже про роман он не сказал просто «не продался».

— Попытки агента продать книгу, особенно на европейском рынке, зашли в тупик. Он был очень увлечен рукописью и пытался продать ее со всем упорством, и через шесть или восемь месяцев он несколько разочаровался и сказал мне, что мне, вероятно, следует написать роман немного другого типа.

В заднем ряду его мать кивала, вздыхала, иногда тихо комментировала происходящее, особенно когда прокурор возражал, – как будто это было не судебное заседание, а семейный вечер с обсуждением успехов сына.

Он перешел к работе в Лас-Вегасе:

— Я начинал с работы с полуночи до шести утра, а это не самая лучшая смена… хотя на самом деле это колоссальная смена, потому что у тебя самая большая аудитория…

Потом – к дискотечному бизнесу и браку:

— Это создало проблемы для моей жены Дженнифер… она не могла справиться с напряжением от постоянного внимания со стороны женщин… для диджея это естественно.

Он добавил, что она в течение десяти лет была алкоголичкой, «но он этого не знал».

Джиглер спросил:

— Это пьянство в конечном итоге привело к распаду вашего брака?

— Я бы сказал, что это было так, да, – начал Коу. – Она была очень ревнивой женщиной, и диско-сцена в Лас-Вегасе – место очень необычное.

Он наклонился к микрофону:

— И, знаете, чтобы это описать, наверное, потребовался бы час… но достаточно сказать, что некоторые из самых красивых женщин в мире живут в Лас-Вегасе… и внимание, которое кто-то в положении диджея получает… это внимание… это просто взорвало ей мозг, если можно так выразиться.

Пристав заметил, что некоторые присяжные напрягают слух: Коу почти касался микрофона губами, и звук искажался. Судья несколько раз пытался его настроить.

История тянулась более часа. Джиглер временами выглядел напряженным из-за многословия клиента.