Книга Убийца со счастливым лицом. История маньяка Кита Джесперсона, страница 90 – Джек Олсен

Холостяцкий стиль жизни закончился после того, как семья переехала в двухкомнатную квартиру. «Роуз не собиралась мириться с моим отсутствием, а я не мог рисковать разлукой с детьми. Со всеми остальными я всегда испытывал отчуждение, но был очень близок с Джейсоном, Мелиссой и Кэрри. Я помнил, какой холодной всегда была мама, и старался не повторять ошибки своих родителей.

После того как Роуз сказала, что не собирается сидеть дома и вязать свитера, как мама, я вернулся в режим “отца и мужа”: возился с детишками на полу, устраивал пикники на Маккензи-ривер и вылазки в горы. Хорошо было и то, что отец не указывал мне, что делать. Все шло прекрасно – кроме секса. Роуз более чем хватало одного раза в неделю, а мне требовался один раз за ночь. Иногда я доходил до того, что запирался в ванной – женатый мужчина! – чтобы мастурбировать».

Арендная плата за квартиру составляла 983 доллара в месяц, другие расходы тоже были значительными, поэтому Кит поступил еще и в отдел сварки, учеником. «Вот где крутились денежки! Очень скоро я уже получал шестнадцать баксов в час и работал шесть-семь дней в неделю, по двенадцать часов в день. У нас с Роуз было немало неоплаченных счетов, так что приходилось перерабатывать. За первые два месяца сварщиком я заработал почти десять тысяч долларов. Я купил всем подарки. Купил старый грузовик моего брата и пригнал его обратно в Канаду, купил себе дорогой лук фирмы “Дженнингс” и набор стрел. Мы с Роуз были настоящей семьей. Я наконец-то приспособился к женатой жизни. А потом все рухнуло».

Как обычно, Кит нашел извращенный способ обвинить своего отца в неприятном повороте в своей жизни. «Меня всегда легко было сбить с пути, особенно если я рассчитывал остаться безнаказанным. На шахте рабочие воровали оборудование и продавали его. Я видел, как они выносили инструментов на тысячи долларов. Один мой босс крал детали от грузовиков и очень скоро уже ездил на новеньком “Шевроле”. Все таскали батареи и фонари, дождевики и ботинки, и очень скоро я тоже начал.

Отец собирался приехать к нам в гости, и я хотел порадовать его – как всегда. Каждый месяц или около того он являлся к нам, рассчитывая на роскошный прием. Ничего нового – он всегда был таким. Он не мог контролировать моих братьев и сестер, поэтому сосредоточился на мне. Но тот раз изменил всю мою жизнь».

Годы спустя Лес Джесперсон вспоминал, что предшествовало инциденту. «Я открыл сварочную мастерскую в Якиме, и однажды, когда работал, раскаленные искры попали мне на шею и оставили ожог. Разговаривая с Китом по телефону, я сказал: “Было бы здорово заполучить те дорогие кожаные щитки, как у вас, ребята, чтобы закрываться от этих чертовых искр”.

Я никогда не винил сына за то, что он сделал. Он просто хотел угодить своему старику. Я всегда думал, не связано ли это как-то с убийствами, которые он совершил потом. Может, он и тогда пытался по-своему впечатлить меня? С самого детства этот мальчик делал странные вещи».

Кит начал искать щитки Лесу по размеру. «Отцу следовало сказать мне, чтобы я не беспокоился, но он только заметил: “Смотри не попади в неприятности, сынок”. Мои щитки были ему велики, но приятель раздобыл мне комплект поменьше. Я решил вынести их в ящике со своими собственными, когда буду сдавать их в чистку.