Книга Что случилось прошлой ночью, страница 41 – Лия Миддлтон

Поэтому я заставила себя забыть. Это был единственный способ пережить случившееся. Она перестала быть той, с кем я когда-то дружила. Теперь я называла ее просто «она». «Та женщина».

Я открываю «Инстаграм»^[3].

Не делай этого.

Палец зависает над строкой поиска. Я нажимаю на нее и набираю имя.

Загружается ее профиль, и я вижу их лица. На фотографии они стоят, прижавшись щека к щеке, он – в смокинге, она – в свадебном платье. Их широкие улыбки кажутся насмешкой надо мной. Провожу большим пальцем вверх по экрану, снова и снова, так быстро, как только могу, и картинки бешено прокручиваются. Снимки проносятся мимо слишком быстро, чтобы их можно было рассмотреть, но я улавливаю мелькание ее белокурых волос, светлой кожи Эйдена, зеленых глаз Фрейи. Я продолжаю прокручивать, прокручивать вниз, и прошлое проносится перед глазами размытым цветным пятном. Тыкаю большим пальцем в экран, и все останавливается.

Вот и мы. Семь лет назад мы сделали это фото, когда лежали рядышком на разноцветных полотенцах, расстеленных на белом песке. Головы склонены друг к другу, волосы перемешались. Тьма и свет.

Я нажимаю на ее фотографию в профиле, и черно-белый свадебный снимок увеличивается в размере. Внимательно разглядываю каждую деталь. Морщинки, собравшиеся у его глаз от широкой улыбки. Ее платье, прекрасное в своей простоте, и волосы, собранные в низкий пучок и украшенные сбоку цветком. Его губы касаются ее лба.

Она была подружкой невесты на моей свадьбе. Помогла мне спланировать все до мелочей. Она улюлюкала, когда мы с Эйденом закончили первый свадебный танец, и он поцеловал меня, обхватив ладонью затылок.

Но потом наш брак развалился. Она помогла ему пережить расставание, по крайней мере, мне так говорили. И через шесть лет после того первого свадебного танца он женился на ней. И точно так же поцеловал ее. А на них смотрела я.

Меня не приглашали.

Но я была там.

Наблюдала, как двери церкви открылись и гости хлынули во двор. Родители Эйдена выкрикивали всем указания, их лица сияли от счастья. Они были моими свекрами, а теперь стали частью ее семьи. Раздались восторженные возгласы, когда появились Эйден и Хелен. А когда град конфетти осыпался им на волосы и плечи, они остановились, чтобы поцеловаться. Я вытянула шею насколько могла, отчаянное желание все увидеть перевесило чувство самосохранения. Она обняла его за плечи и откинулась назад. Он положил ладонь ей на затылок.

Не отводя от них глаз, я повернула ключ в замке зажигания, и тут мое внимание привлекло мелькнувшее голубое пятно.

Фрейя.

Она бегала, играла, и ее волосы развевались за спиной, а ярко-голубое платье сияло на солнце. Она взвизгнула от восторга, затем опрометью бросилась через двор в распростертые объятия Хелен.

Моя нога дернулась, и машина заглохла, двигатель зарычал.

Я снова смотрю на их фотографию, сделанную в тот день, и замираю – растворяюсь в глубинах памяти.

Прекрати это, Наоми.

Выпускаю телефон из рук, и он с глухим стуком падает на пол. Руперт шевелится, но его глаза остаются закрытыми, дыхание – ровным.

Смотрю в окно на лес. Фрейя где-то там. Она совсем одна, и я не могу до нее добраться. Я пообещала ей, что вернусь. Мне нужно пойти к ней. Но я не могу: повсюду люди, которые наблюдают за мной. Слезы наполняют глаза, и я смаргиваю их, но все вокруг кажется размытым и деревья словно приближаются ко мне.