Книга Джозефина вычисляет вероятности, страница 176 – Нова Макби

— Он никогда не одобрит наши отношения.

Мы с Чанем нашли общий язык. Признаю́, что мистер Чань изменился, но…

— Ты же знаешь, что его все во мне бесит. Он нашел меня в Прэтте. И еще до знакомства я сломала ему нос. А еще почти разрушила его корпорацию.

— Это правда. Но еще ты убедила его начать новую жизнь, – смеется Кай. – Он знает, что я по уши влюбился. Он разрешил.

— Серьезно? Ты попросил у него разрешения?

— Разумеется. – В глазах Кая играют смешинки. – Следую традициям. Весь в отца пошел.

Он обнимает меня, и с его объятиями приходят тепло и безопасность. Пусть это будет судьба! Не уверена, когда именно или как все началось, но все мои чувства к Каю сплелись воедино, в один венок, в идеальную окружность, не имеющую ни начала, ни конца, – словно так и должно было быть. И пусть я не умею предвидеть будущее, но в одном твердо уверена: не надо мне никакого будущего без Кая.

Теснее прижимаюсь к нему, стискивая руки вокруг талии сильнее, чем кого-либо раньше, вдыхая знакомый запах.

— Я люблю тебя, Феникс, – шепчет Кай мне на ухо.

— А ведь я больше не Феникс, – признаюсь я. – Меня зовут Джозефина.

ШАНХАЙСКАЯ БАШНЯ, ШАНХАЙ, КИТАЙ

В жизни каждого человека бывают мгновения, когда он останавливается и удивляется: как я вообще здесь оказался? И для меня наступил такой момент. Меня называют Феникс, но это не мое настоящее имя. Я живу в Китае, хотя родилась за океаном. Я богата и могущественна, но мне наплевать на дорогие безделушки. Люди за той дверью считались мертвыми, но и это оказалось неправдой. Если правда действительно может дать нам свободу, то после двух лет заключения мои цепи наконец спадут.

Ночью мне снились кошмары. Как будто сама природа пыталась остановить наше воссоединение. Торнадо, землетрясение, наводнение. Всевозможные стихийные бедствия навсегда разлучали меня с семьей. Но я проснулась живой и здоровой. Ничего не стряслось – не считая падения на рынке акций. Моя семья приземлилась в аэропорту Пудун в Шанхае и едет сюда.

Непрерывно постукиваю пальцами и притопываю. Это нервы, да? Проверяю часы каждые две секунды. Едва могу удержать в руках чашку чая, не расплескав.

Что мне им сказать, когда я их увижу? Как признаться, что это я? Как объяснить, что происходило последние два года? Встретят ли они меня с распростертыми объятиями или отнесутся как к незнакомке? Испытают ли они отвращение, узнав, через что я прошла? Понравилось ли им жить без меня? Скучали ли они по мне?

Лица папы и Лили всплывают в памяти. Сейчас они выглядят не такими, какими я их помню. Люди меняются. И если я выгляжу по-другому, то как они могли остаться прежними?

Смотрю на отражение: вот мои волосы в зеркале. Длинные и темные. Снимаю контактные линзы коричневого цвета. Мои глаза потемнели. Они больше не серые, как океан, с намеком на выцветшую корягу на пляже. Теперь у них цвет леса после дождя. И еще они стали мягче. Вместо пылающего огня, очищающего меня, в моих глазах теперь теплится надежда. Надежда на новое начало.

От стука в дверь мысли разлетаются, как стая птиц.

Сзади подходит Кай:

— Джо!

При звуке его голоса страхи тают, вопросы затихают. Меня наполняет умиротворение. Руки перестают дрожать.

— Они приехали, – сообщает Кай.

Поворачиваюсь к любимому. Высокие скулы, гладкие и смуглые. Мелодичный голос. Склоняюсь к его плечу в объятии. Здесь уютно и безопасно. Кай делает меня сильнее. Теперь я могу перешагнуть порог соседней комнаты и удержаться на ногах.