Книга Септет расстроенных душ, страница 140 – Кэсси Крауз

Это был наш запасной план: если что-то пойдет не так, один из нас должен был вызвать из Джинбери бабушку Элси, Клайв, чтобы та забрала и надежно спрятала доказательства вины Дерека.

Она поступила так не только с бумагами, но и со мной. Вывезла полуживого, едва соображающего из Лондона на своей ржавой Хонде и вернула в Джинбери. И за те двести миль, что разделяют город и деревню, сама сошла с ума.

Дерек подкупил журналистов, и те напечатали ложь: что я, Феликс Бейли, убийца Элизабет Хилл, скончался от полученных ранений в Темзе вместе с ней.

Так что, да. Это была ночь, очень теплая для конца октября. Но это не было моей последней ночью. А если меня и посадят за убийство, то лишь за то, которое я на самом деле совершу.

Хочу убить Дерека.

В меня стрелял человек, за которым несколько месяцев назад я пошла бы на край света.

От мысли о том, что я три года тосковала по убийце, волосы встают дыбом. Я вспоминаю его губы, но слышу лишь, как они желают Элси смерти. Вспоминаю янтарные глаза, но вижу в них одну только ненависть. Вспоминаю сильные мускулистые руки, которые так легко поднимали меня, но чувствую лишь страх: ведь так же легко они выволокли из такси и бросили в Темзу тело Элси…

Раньше, покажи мне кто Феликса Бейли, я растерзала бы его ногтями, порвала бы зубами и закопала бы живьем. Сейчас мне хочется обнять его и попросить прощения… за то, что Росс стал еще одной, пускай и живой, но жертвой человека, которого я так упорно продолжала любить.

Когда мы с Вэем, мокрые, просоленные Ла-Маншем, дрожащие от холода и адреналина, возвращаемся к моему коттеджу, все в голове становится на свои места. Понятно, почему Дороти меня возненавидела, почему Лукас скрыл детские фотографии Вэйлона и зачем Софи написала мне то, самое первое, письмо. Все сводилось к тому, чтобы изобличить настоящего преступника. И Дерек допустил большую ошибку, приехав в Джинбери один.

Счета выписаны. Пришла пора по ним расплачиваться.

— Сегодня этот щегол поплатится за все наши беды! – воинственно рычу я, но Вэй крепко сжимает мою руку и предостерегающе смотрит в глаза.

— У него пистолет. Если он не додумался захватить еще одну обойму, у него осталось четыре пули. Не вздумай даже…

Но я его не слушаю. Всего на секундочку отвожу глаза, чтобы увидеть Декстера, который грудью загораживает дверь в коттедж, и Дерека, направившего пистолет на моего брата.

— Я с места не сдвинусь! Ты был моим другом, Дерек! Я думал, мы на одной стороне! А ты, скотина, порушил столько судеб! Ты убил Элси! Ты знал, как я любил ее! – орет Декс, мой огромный неповоротливый брат, которого предательство Дерека ранило даже больше, чем меня. В его искренних серых глазах сейчас – боль и слезы. И это мои слезы и боль. Я рвусь из рук Вэйлона, но он накрепко стискивает меня в кольцо своих рук.

— Так что давай, стреляй, я не боюсь! – кричит Декстер. – Ты только сделаешь мне одолжение!

— Нет!!! – взвизгиваю я, и дуло пистолета дергается в нашу сторону. Вэй валит меня в кусты синей гортензии.

— Живучая дрянь! – орет Дерек.

Звучит новый выстрел. Осталось три пули.

Вэйлон рывком ставит меня на ноги и подталкивает к дому.

— Бекки, беги!

— Она не убежит. – Говорит Дерек, наступая на нас. И он прав. Из-за меня больше никто не погибнет. Вэйлон молча задвигает меня за свою могучую спину, но я упрямо выскакиваю вперед. Прямо под нацеленный в мой лоб пистолет.