Книга Аспирант, страница 16 – Владимир Поселягин

Вот так я и дошёл до дома, матерясь и на ходу вытирая обо всё что можно босые ноги. Точнее, правую, я ею вляпался. Пока шёл, успел всё обдумать и решить. Пока дальнейшие планы не строил, это уже при разговоре со Шми будет видно. Я решил всё же раскрыться, смысла не видел скрывать, там вместе и решим. Не хочу решать всё за нас двоих, хотя чувствовал, что придётся. Командир в семье должен быть один. Как там говорится? У кого пипка, тот и старший? Я так же считаю. Сам дом напоминал полуземлянку. По сути, видна была только круглая крыша, на которой было с пяток окон, стена в метр высотой без окон, а вниз вели ступеньки, там виднелась дверь. Всё было пустынной расцветки. Скатившись вниз, я открыл дверь (она кодовой была, код я «помнил») и забежал в дом, не забыв проверить, что дверь закрылась и никто чужой в дом следом за мной не зайдёт, что вполне могло быть. Энакину доводилась слышать такие жуткие истории. Однако одного маньяка поймали и кожу с живого сняли, он рабов растерзал, хозяева потерянного имущества требовали его крови на Арене у Джаббы, другого ещё ищут. Вот так, забежав, я крикнул матери, что возилась на кухне, на английском:

— Я сейчас приду!

Всё же фильм был американский, поэтому неудивительно, что основной язык в этой далёкой-далёкой галактике был именно английский, который Энакин знал. Впрочем, я тоже, и не хуже. Хотя странно, конечно, оба фильма-то я смотрел с русским переводом, почему тогда основной язык не русский? Это уже загадка, и ответа у меня на неё не было.

Забежав в санузел, это я его так называл, а там и было-то что: древний биоунитаз, небольшая раковина, ведро да пару тазиков – и всё. Водопровода в доме не было, слишком дорогое удовольствие, да ещё для рабов. Но был бачок и ковшик. Сняв со стены тазик, я плеснул воды в него и стал мыться. Сначала лицо и руки, а потом и ноги. В общем, отмылся. А грязную воду в унитаз смыл. Там активное вещество, оно всё приберёт. Тазик я обратно на стену повесил, рядом с жестяной самодельной ванной. Душа в доме тоже не было, мылись в этой ванной, используя купленную воду, или просто влажными салфетками протирались. Уотто был неплохим хозяином и выдавал деньги как на кормёжку, так и на дополнительную воду, хотя и ворчал. Но он по-другому не мог, как я понял, тойдарианцы были прообразом земных евреев. Но нормальных евреев, например, Шми на панель тот не гнал и вполне довольствовался нашей работой в его лавке. К слову, дом этот принадлежал ему же, мы жили тут как ответственные квартиросъёмщики. Впрочем, шесть соседних домов тоже принадлежали ему, и он их сдавал. Ну, кроме нашего, самого маленького. Действительно маленького. Всего шесть помещений. Это прихожая, санузел, кухня, отдельно столовая и она же гостиная. Ну, и два спальни. Личные комнаты Энакина и его матери. Помнится, из новых воспоминаний, это я про жизнь парнишки, комната у матери в идеальном порядке, у него же рукотворный бедлам. Наполовину спальня, наполовину мастерская. Робота-протокольщика «С-3РО» тот ещё не начал собирать. Видимо, не попадались Энакину такие детали – голова с процессором, основа, с которой тот и начнёт его собирать. Хм, судя по резко возросшей заинтересованности мальчишки, он не ушёл окончательно, как я и предполагал, а мыслил и существовал. Только отключённый от всего. Единственное, что он может, это наблюдать за моими действиями. Причём ещё мог без зазрения совести копаться у меня в мыслях, что, видимо, и делал. Похоже, идея восстановить такого дроида в подарок матери ему сильно понравилась.