Книга Колыбель Мрака, страница 108 – Настя Полос

Делая тяжелый шаг, из марева тьмы вышел дэвол.

Имран кинулся на него, Науль закрыл своим телом забившуюся в угол Джессику. Я выбросил силу вперед.

Но брат не смог приблизиться. Его тело врезалось в стену и сковало темные цепи. Огромные псы из теней зарычали, угрожающе клацнув зубами у шеи.

Моя магия разбилась о невидимый щит. И тогда я начал призывать виверна, но следующие слова заставили меня замереть:

— Угомонись, щенок, или твой брат станет кормом.

— Я убью тебя!

Тело вибрировало от ярости и удушающей магии. Но я остался стоять с занесенным клинком, следя боковым зрением, как псы почти сомкнули челюсти на шее Имрана.

— Я здесь, чтобы помочь вам, – разводя руками, сказал он. – А это только меры предосторожности.

— Что тебе нужно, отродье?!

Руун обвел нас взглядом и широко ухмыльнулся.

— Умолкните! – голос Татьи, одной из самых старших шаманок, разнесся по хижине.

— Не смей мне указывать! Даже если ты состоишь в тройке, это не значит, что ты можешь помыкать нами! Этой дряни, – угольные глаза одной из старух презрительно скосились на меня, – не место среди нас! Она осквернительница! Шавка инурийцев! Они уничтожили мою семью! А теперь она стоит на моей земле! Ее нужно убить!

— Держи свой язык за зубами, Лана! – Линетт вышла вперед.

— Ты сошла с ума! – ответила ей та. – Скорбь выжрала твои мозги, раз ты пустила эту шваль сюда и…

Договорить она не успела. Змееподобные сгустки тьмы сорвались с рук Линетт и обвили шею Ланы. Она захрипела, попыталась освободиться, но Линетт только зарычала на ее бесполезные потуги.

Я смотрела на все это со скучающим выражением лица, теребя косу. Но это только снаружи. Внутри меня лавой текло беспокойство, смешанное с яростью. Кончики пальцев покалывало, я преображала их в когти и обратно. Меня тянуло в разные стороны. Хотелось броситься на каждого и разорвать их глотки. Это говорила моя обезумевшая за столько лет магия, что томилась и теплила обиду долгие годы. Мне хотелось сбежать, забыть все, что здесь происходило. Эти мысли гоняла по кругу моя человечность. Хотелось спрятаться вглубь и последовать за зовом, что тащил меня сквозь звезды, к тому, кто крайне нуждался во мне.

В одно утро я просыпалась одним существом, как мне казалось, единым. Дарин и Теодора уживались в одной голове, постепенно свыкаясь друг с другом. Пусть Линетт и говорила, что у меня нет альтер эго, и это все последствия отделения магии, которое просто желает быть принятой, но все же я не могла соотнести ее мысли к своим. В другие же дни я раскалывалась. Животное начало брало свое, и гнев охватывал меня всю. Хотелось только одно – разрушать. Тогда Аастор брал меня на себя. Он тренировался со мной, учил управлять дэволовой сущностью. У меня ничего не получалось.

Ранила стала моим своеобразным хвостом. Она всегда была рядом и смотрела на своими большими круглыми глазами. В какой-то момент дэвольша взяла на себя роль моей охранницы – будто мне это нужно. Вот и сейчас она стояла со мной, нервно подергивая ногой, чем безмерно меня раздражала. Однако я успела привыкнуть к ее компании.

— Угомонитесь вы обе! – громко сказала Татья.