Книга Колыбель Мрака, страница 139 – Настя Полос

Имран ушел, оставляя нас одних.

— Тоже хочешь уйти? – с вызовом спросила она, а я усмехнулся.

— А ты хочешь, чтобы остался? Зачем?

Я не стал стоять на месте, а принялся обходить стол. Отчего-то Теодора пошла от меня в обратном направлении.

— Не хочу.

— Так дай мне уйти.

— Не дам.

— Чтобы остался – не хочешь. Чтобы ушел – тоже. А сама убегаешь.

Она остановилась. Я тоже.

— Что дальше, Теодора?

— Это не все условия.

— А что еще?

— Ты.

Я смотрел на нее несколько долгих секунд. На то, как поджались ее губы, как ветерок, залетавший с открытых окон, играл с выбившимися локонами, как пальцы неслышно постукивали по столу.

— И в какой же роли я вам нужен, Ко-ро-ле-ва?

На мой издевательский тон она поморщилась.

— Почему ты так все усложняешь?!

— Я усложняю, Теодора?! – Я не смог сдержать растущую улыбку, а потом и вовсе расхохотался во все горло.

Ладони сжали лицо, призывая успокоиться.

— Ты сейчас серьезно, Теодора? Или, может, называть тебя Дарин?! – Она отступила. – Мы оба знаем, что будет завтра – война. А мы, как видишь, по разные стороны.

— Ты можешь выбрать мою сторону, Игнар!

Я всегда был на твоей стороне!

Но вслух сказал:

— А какая она, твоя сторона? – Мне хотелось держать себя в руках, быть выше. Но чем дольше я смотрел на ее отчужденность, тем сильней меня колотило. – Сначала была сторона инурийцев, где ты убивала дэволов. Теперь стала сторона дэволов, где ты убиваешь инурийцев.

— Ты не знаешь, о чем говоришь! Ты не понимаешь!

— Так объясни мне! – закричал я. – Расскажи, в чем дело! Для чего этот мир?! Мы оба знаем, что это уловка. Ты… ты другая. Больше не моя. – Тени завихрились по полу, но мне было все равно. Пусть она разорвет, уничтожит меня. – Зачем я тебе, Теодора?

Она прожигала меня взглядом. Будто это я ушел и оставил одну! Словно я не обезумел без нее, не скучал так сильно, что был готов выть!

— Кто передо мной? Теодора? Дарин? Меках или Кходеш? – Я громко хлопнул ладонями по столу, но она так и осталась стоять неподвижно. Веки устало прикрылись. – Чего ты хочешь? Ты пришла единожды, а потом исчезла. Я звал тебя.

— Я отвечала, – натянуто, сквозь зубы процедила она. – Каждый раз отвечала!

— Но не приходила. Хотя ты нужна нам. Нужна Имрану! Мне.

— Я не могла! Но и ты не приходил!

— И я не мог.

Не мог, потому что нельзя вызывать подозрения, не мог, потому что готовил переворот, не мог, потому что должен сделать все, чтобы спасти тебя.

Вот что я хотел сказать. Но если эти слова кто-то услышит – у Кловисса повсюду шпионы – всему плану конец.

Она усмехнулась.

— Потому что приютил Рууна?

— Все, что я делаю, – ради тебя.

Теперь она засмеялась, а я эгоистично упивался ее реакцией.

— Ради меня? Ложь? Сговор с… ним? Все это ради меня?!

— Я никогда не лгал тебе!

— Велассия, – скривившись, бросила она.

— Я скрывал, но не обманывал. – Она вновь усмехнулась. – Я с самого начала сказал, что есть обстоятельства, мешающие нам. Я мечтал все решить и признаться тебе, что ты моя Халев!

Мы погрузились в тишину. Она не давила, но отдавала грустной печалью. Я уже говорил ей про Велассию, но израненное сердце так легко не излечить. Если нужно будет повторять это снова и снова, я буду.

Теодора приложила руку к груди.

— Халев? Что-то не похоже.

Нешам не появился. Я продолжал искать причины, но, кроме того, что сама Теодора не могла определиться, кто же она, ничего не находил.