Книга Князь плесковский, страница 33 – Александр Мазин

— А слыхал ли ты, воевода, что Елдеты сейчас в вики ходит?

— Такого не слыхал, — тысяцкий огладил бороду, довольный, что хоть что-то определенное может сказать. — Но добрые вои у Елдеты точно есть. Не то и Трувор бы не стал с ним рядиться.

Вот это резонно. Сколько-то есть. Сколько?

— Тридцать? — произнес Измор, глядя на меня вопросительно.

— Может, — согласился я. — Вряд ли больше. Я бы поставил на пару десятков.

— Принимаю! — тут же отреагровал Медвежонок. — Марка серебром!

— На то, что больше или на то, что меньше? — уточнил я.

Вихорек захихикал. Заря пихнула его локтем: уважение к старшим!

— Все равно! — заявил Медвежонок.

— Марка, что меньше! — включился Тьедар.

— Марка, что больше двадцати! — поддержал Витмид.

Еще пару минут они согласовывали ставки. Я не мешал.

Пока они резвились, спросил у Става:

— О двухстах гриднях от кого слышал? Не от Трувора?

Если инфа от тестя, то можно не сомневаться: так и есть.

— Старшина наш говорил, боярин Говен.

Вроде помню такого. И, кажется, против меня голосовал.

— А откуда ему это стало известно?

— Так он торгует с ним, с Елдеты. И даже родня он с ним дальняя. По прабабке.

Вот как. Берем тогда этого Говена на заметку как «пятую колонну».

Но с ним после. Сейчас надо по вражьей крепости решать.

— Туром на крепость не пойдем, — сообщил я, когда хольды закончили с пари и перестали шуметь. — Сколько бы ни было, а людей класть не хочу. Нужен другой план.

— И он у тебя есть, — предположил Медвежонок.

— Есть, — подтвердил я.

— Есть у меня план, — согласился я. — Но сначала я хочу послушать вас. Вдруг у вас интереснее.

— Купцы? — тут же предложил Тьедар.

Хитрость старая, но рабочая.

Возы у нас есть, замаскировать пару десятков хускарлов под торговцев реально.

— Не выйдет, — покачал головой Стег Измор.

— Обоснуй, — предложил я.

— Откуда чужим купцам с этой стороны взяться?

Став быстро закивал.

Ну конечно. С этой стороны Плесков. Им в эту пору эстам предложить нечего. А незаметно перетащить телеги так, чтобы зайти с противоположной стороны нереально.

— Тогда под личинами? — предложил еще один вариант наш скальд.

Тоже старый фокус. Старый, однако действенный. Доспехи, снятые с пленных у нас в обозе. И плащи характерные. Облачить варяжат, которые поменьше. Даже на меня, невеликого, что-нибудь да отыщется. Плащ и шлем, например.

Однако не покатит. Как только подмену раскусят, а ее раскусят раньше, чем мы достигнем ворот, нас начнут бить. А подмоге от леса до города минут десять галопом скакать.

— Может, ночью? –произнес Витмид без энтузиазма.

Без, потому что ночью боги вполне могут спать и потому наши славные деяния пройдут мимо основной рейтинговой таблицы.

Но мысль интересная. Вряд ли нас до темноты обнаружат.

— А если посольство? — внес предложение Мелоун. — От конунга Плескова. Обсудить будущий договор. Я и со мной еще десятка три. А ночью мы откроем ворота.

Вот это уже выглядит как план. И не будь со мной моих скандинавов и варяжат, я бы его принял. Но мои хольды глянули на англичанина с изумлением: ты предлагаешь нарушить основополагающий закон: гости не злоумышляют против хозяина?

Но здравое зерно в этой идее есть. Не посольство, нет. Переговоры. Которые не зададутся. Но внимание отвлекут. А, может, и спровоцируют. Надо только, чтобы этот Элды из крепости ко мне вышел, не забоялся. И возможность такая есть, учитывая что настоящей численности моего войска он не знает. Ему беглецы что донесли? Пришел наглый норман с четырьмя десятками, надеясь запугать как минимум впятеро большее воинство. Стопудово купится. Выедет хотя бы для того, чтобы показать, кто на этой земле папа.