Книга Последнее лето ярла Ульфа, страница 87 – Александр Мазин

Говнюк смутился. Но огорчился несильно. Не прокатило и не прокатило.

— Да, купец, пятидесятую. Сгружай товар. Сейчас считать будем.

Сказал что-то по-своему спутникам. Те загыгыкали и слезли с коней. Помахали остальным: идите сюда.

Рожи разбойничьи, предвкушающие. С такими глазами только и считать. Монеты в срезанном с пояса кошеле.

Я махнул рукой, и с «Когтя» начали проворно высаживаться мои скандинавы. Не все, конечно. Оспак, Скиди, Вифиль Прощай, Тьёдар (как же без него), Хавур Младший, братья Крумисоны, братья Варгдропи, Льотольв Кто-то Умрет, Кёль Длинный и тройка «унаследованных» от Энока Везучего.

Высадились, подошли, встали за моей спиной полукругом.

— Это кто? – занервничал печенег.

Я его беспокойство понимал. Рядом с викингами печенеги смотрелись мелковато.

— Охрана моя, – сообщил я очевидное. – Товар мой стерегут.

— Сильные! – похвалил степняк. – Такие быстро разгрузят и корабль хорошо потащат.

— Эти не станут, – я делано вздохнул. – По ряду они только сражаться должны… Бездельники. Только это и умеют. Людей у вас нанять можно? – я кивнул в сторону городка. – Я бы приплатил за помощь. Не поскупился. – И незаметно сунул печенегу кошелечек с пятью дирхемами.

— Это тебе с подханком хузарским договариваться, – ответил степняк с явным сожалением.

Но кошелек сцапал, скотина.

— Ты наверх сходи, – посоветовал он мне. – Девок на продажу везете?

Интересный вопрос.

— Не везем.

— А это кто там?

Ах ты паскуда! Это он Зарю углядел.

— А это не девка.

— Врешь! Я отсюда сиськи вижу!

Я с трудом подавил желание уменьшить число органов зрения степняка хотя бы вдвое.

— Это не девка. Это моя жена.

— Продашь? – с надеждой спросил печенег. – Ну хоть на время!

Я мотнул головой и быстро зашагал наверх, к укреплению. Желание укокошить гада было почти нестерпимым… Но преждевременным.

Одно хорошо. Заглядевшийся на Зарю печенег не обратил внимания на то, что хирдманы двинулись за мной следом.

А может, и сознательно проигнорировал. Решил, что без них и досмотр проводить интереснее, и, глядишь, еще что-нибудь в загребущие грабки упадет.

Вблизи городок производил еще более солидное впечатление. Нижняя часть стены – из дикого камня, уложенного на какой-то светлый раствор. Верхняя вроде из саманных блоков. Строили его, как я позже узнал, аланы. Сами хузары, как настоящие степняки, работать не любили и не умели. Равно как и возделывать землю. А вот ходившие под ними аланы были неплохими строителями.

Ворота в городок были гостеприимно распахнуты. При воротах – пара печенегов. Бдительность – около нуля. Играют во что-то такое с камешками. На нас покосились, и только. Мы вошли внутрь как на собственный двор. Любопытно. Постройки круглые, типа юрт. Похоже, из соломы с глиной. Зато много. И антисанитария полная. Воняло так, что хотелось лицо мокрой тряпкой замотать. Только в центре оказалось почище. И дом получше. С углами, окнами и дверьми. Хотя построено по той же глиняно-соломенной технологии. Жить в таком доме, может, и неплохо. Теплоизоляция хорошая, а вот прочность оставляет желать…

Если суетившиеся внутри укрепления степняки и их челядь нас игнорировали, то здесь, у резиденции командира, бдительность оказалась повыше.

И один из двоих явно не печенег: личико посветлее, борода погуще и характерные косички по бокам. Хузарин. На голове – шапочка из китайского синего шелка. Вместо доспехов – толстый халат, распахнутый на груди по случаю жары. И грудь эта не защищена ничем, кроме серебряной бляхи на цепочке. Да, прав Бури. Не выглядит этот представитель хакана серьезным бойцом.