Книга Гнев Севера, страница 150 – Александр Мазин

Тут он сделал паузу, чтобы все оценили шутку…

Оценили. Народ зашумел. Судя по выкрикам, Гутрума здесь знали неплохо и не считали особо сильным или особо удачливым. Равно как и конунга всех данов Хорика Гудфредсона.

Ивар дал соратникам выкричаться, а потом продолжил:

— Я тоже думаю, что Уэссексу под Гутрумом не бывать, ведь те земли приглянулись моему брату Уббе, а если Уббе что-то понравилось… — Ивар ухмыльнулся, — он это получает! — И повысил голос: — Рагнарсоны будут править здесь!

Собравшиеся охотно поддержали его дружным ревом.

— Отец! — воскликнул Сигурд Змееглазый. — Отец! Ты смотришь на нас с высот Асгарда! Ты видишь: мы не посрамили твоей славы!

— Мы ее приумножили! — заорал Хвитсерк.

И снова радостный рев.

Рагнарсоны получили, что хотели. Их воины получили то, на что рассчитывали. Согласно личным заслугам. Обширные земли и вдоволь крестьян, чтобы их обрабатывать. Вождивеликой армии Севера стали английскими эрлами. Но не я.

Я отказался. От графства.

Попросил лишь сохранить за мной и братом тот домик, который мы облюбовали после взятия Йорвика.

Ивар не возражал. Да, он удивился, когда я отказался от должности английского феодала. Но уговаривать не стал. Желающих хватало и без меня.

— Передумаешь — дай знать, — сказал мне Бескостный. — Скоро у нас будет много земли. Всем моим хватит с избытком. Ты же мой, Ульф Хвити, верно?

— Твой.

Кто посмеет возражать, глядя в глаза дракону?

Мои меня тоже поняли. Не сразу. Но я сумел объяснить.

— Это хорошая земля, — сказал я Медвежонку. — Но чужая. Даже если Рагнарсонам удастся забрать себе весь этот здоровенный остров, удержать его им будет непросто. Гутрум — только первая весточка. Скоро сюда слетятся все охочие до добычи ярлы и конунги Севера. Все они захотят отхватить кусок английского оленя. И непременно схватятся меж собой.

— Думаешь, Рагнарсоны что-то отдадут? — усомнился брат.

— Им придется биться с такими же, как мы. И с англичанами, которых куда больше, чем нас. Да, им удалось побить нортумбрийцев, но это лишь малая часть всех здешних бойцов. А ведь есть еще франки. Чтобы попасть сюда, им надо всего лишь переплыть через пролив. А франки придут непременно. И не только они. Вот объявит главный христианский жрец в Риме большой поход в защиту здешних христиан — и здесь будет не протолкнуться от франкских шевалье и германских риттеров.

— Я не против подраться за право стать ярлом, — ухмыльнулся Медвежонок. — Я это люблю!

— У нас уже есть ярлство, — напомнил я. — Там, в Гардарике. А серебра хватит купить еще одно, хоть на Сёлунде, хоть на Геталанде. И учти: здесь мы всего лишь одни из многих вождей Рагнарсонов. Далеко не самые сильные. А я не хочу быть предпоследним в очереди на раздел добычи, брат. Я хочу быть тем, кто эту очередь составляет.

Медвежонок поскреб подбородок, подумал…

— Ладно, — сказал он. — Ты умен и удачлив. Ты — старший. Делай, как знаешь.

И я сделал. Сказал Ивару, что ухожу, и Бескостный мое решение принял.

Лишь напомнил, что я — его человек.

Что ж, я не против. Быть человеком Ивара Рагнарсона — серьезный бонус.

Особенно если держаться от него подальше.

К тому же мне не нравилась Англия. Ни в прошлой жизни, ни в этой. Ну не лежала у меня душа к здешним зеленым холмам.

Интересно, удастся ли Рагнарсонам сделать ее землей данов? Впрочем, я полагал, что это уже не моя проблема.