Онлайн книга «Сага о викинге»
|
— Мачту вниз! Вот это уже неожиданно. Никогда еще при мне мачту «Сокола» не убирали. Тут уж и я подхватился. По принципу «делай, как все», вцепился в одну из носовых вант-растяжек. Рук в пятьдесят, дружненько и слаженно, мы аккуратно опустили мачту на палубу. Пока одни крепили ее, другие бросились к румам. Увидев, что Трувор выбивает пробку и проталкивает весло в кожаный рукав гребного люка, я тоже поспешил на рабочее место. Около меня терся Хавчик. Ждал распоряжений. — Что будет? – спросил я своего старшего. — Одним богам ведомо, – Трувор был не на шутку обеспокоен. – Шторм идет. Он указал на черную линию туч на горизонте. — Шторм? Я попадал в шторм. Пару раз. Во время круизов. Удовольствия мало, когда тебя мотает из стороны в сторону, а чашка с кофе вдруг ускользает от пальцев и опрокидывается на брюки, но от этого же не умирают. — Хавчик – в трюм! – скомандовал я. Еще смоет раба за борт… Вовремя скомандовал. Ветер вдруг сгустился до невероятной плотности и ударил нас в борт. Драккар не развернуло только благодаря мастерству кормчего и умению (я тормознул, а вот Трувор сразу налег и задрал весло) гребцов. Еще я увидел, как доски обшивки от удара выгнулись, будто это не толстые ясеневые доски, а древко лука. Вот тут я испугался. До меня (с опозданием, как до жирафа) дошло, что глядеть на буйство стихии с высоты круизного лайнера и с борта деревянного парусника – бо-ольшая разница. Видно, на моей физиономии что-то такое, несолидное, отразилось, потому что Трувор покосился и сказал, вернее, крикнул – ветер уже не гудел, а выл: — Блевать[38] – за борт! — Не буду я блевать, – буркнул я обиженно. Никогда у меня не было морской болезни. Тут я опять-таки не сделал поправки на коренное отличие плавстредств, на которых путешествовал раньше, и нынешнего. Однако было не до болезней. Давно замечал: во время реальной опасности все болезни – как-то рукой… В считаные минуты холмики волн превратились в горы. Драккар лавировал между ними, скользил по вздымавшимся склонам… Однако время от времени валы грохали прямо в борт, и тогда доски устрашающе изгибались, а нас обдавал душ из холоднющей соленой воды. Хорошо хоть наши куртки и штаны из толстой кожи – достаточно влагостойкие. Грести становилось все труднее. Руки закоченели. Мокрое весло выворачивалось из пальцев, но я не сдавался, пытаясь не отставать от Трувора. Ему было легче: на руках толстые рукавицы. Хуже всего было, что, несмотря на все усилия, нас понемногу сносило к берегу. А это – смерть. Не обязательно разбираться в морском деле, чтобы понять: у берега нас вмиг раздолбает о камни. И выжить после этого будет можно только благодаря невероятному везению. Беснующиеся между скал волны много страшнее, чем те же валы в открытом море. Не выпуская весла, Трувор наклонился ко мне: — Иди отсюда! – рявкнул он мне прямо в ухо. — Зачем? Я еще могу… — Пошел отсюда!!! – взревел Трувор. – Воду черпать, глупая нерпа! Тут я понял, что он здорово нервничает. А еще увидел, что надо мной, балансируя на прыгающей палубе, возвышается огромный датчанин Фрёлав. — В трюм иди! Я не стал артачиться. Фрёлав гребет значительно лучше меня. Вдобавок он – в рукавицах. Место в трюме было занято. Там трудились двое. Одним из них оказался мой Хавчик. Раб впахивал, как заведенный. Тоже понимал, чем пахнет ситуация. |