Онлайн книга «Сага о викинге»
|
А в среднестатистической разбойничьей дружине – не меньше полусотни. И время сейчас нехорошее. Весна. Голодные морские волки выходят на промысел… А стоит взглянуть на наш кнорр, и сразу видно: не порожняком идет. Вон осадка какая… Я поделился сомнениями с обществом. «Общество» задумалось… Но ненадолго. — Мы же вокруг Сёлунда пойдем, – сказал Свартхёвди. – С Сёлунда все хорошие воины с Рагнаром пошли. Да и знают нас здесь. Не тронут. Убедил. — Решено, – заявил я. – Домой идем морем. * * * Ох, блин! Не зря я сомневался! Только-только рассеялся утренний туман – прямо по курсу драккар! Черт! Сёлунд Сёлундом, но по ту сторону пролива – Сконе. И там нас, сёлундцев, тоже знают. Но, как бы это поделикатней выразиться… С не совсем хорошей стороны. Причина понятна. Именно в Сконе ходят по льду «за зипунами» сёлундские «козаки». Именно в Сконе мы ходили «забарывать зло» вместе с Каменным Волком и обиженной вдовушкой. Долг, как говорится, платежом… — Правей и на камни? – мрачно спросил меня Ове Толстый. Вот ведь жизнь у человека: третий корабль за сезон… Я задумался… Выброситься на скалы Сёлунда – мысль, к сожалению, здравая. Есть шанс, что парни на драккаре за нами не сунутся. Есть шанс, что кто-то выплывет… Да и добро потом можно будет достать, если удастся утопить кнорр правильно. Только – вряд ли. Вон прибой какой! И воды здесь для нашего кормчего – новые. Так! Это я об Орабель забыл. Мы-то – воины. Нам ли смерти бояться? А сознательно топить беременную женщину… Нет, я так не могу. Значит – что? Значит, будем драться. За одного битого трех небитых дают. А мы уж такие битые… Будем считать – каждый на пятерых сконцев потянет. А Медвежонок вообще за десятерых… На драккаре нас заметили. Оживились. — Прямо держи! – велел я Ове и повернулся к Медвежонку, разглядывавшему опасный кораблик. — Можешь сказать, кто это? Вдруг – друзья? Или – родичи чьи-нибудь. Тогда, глядишь, обойдется… Не обошлось. — Это корабль Торкеля-ярла, – мрачно произнес Медвежонок. Он тоже прикинул наши шансы на успех и понимал – нет никаких шансов. Тридцатидвухвесельный драккар, это значит в команде семьдесят – восемьдесят головорезов. Задавят одной только массой. — Торкель-ярл… – напряг я память. – Ты его знаешь? — Ты тоже, – буркнул Медвежонок. – Ему Хавгрим Палица служит. Вспомнил. Тот самый ярл, с которым мы общались в поместье полюбившейся Каменному Волку вдовушки. Вот уж у кого нет никаких оснований нас любить. — Зря тебя не послушали, – пробормотал мой побратим. – Ты чуял беду, а я не послушал… — Пустое! – бодренько произнес я. – В Валхалле на пиру встретимся! — Это да, – вздохнул Медвежонок. – А как бы матушка с сестренкой порадовались нашей добыче! Драккар недружественного ярла разворачивался клыкастой мордой к нам. Я ощутил знакомое спокойствие и улыбнулся. Может, все же выкрутимся? Бывало и похуже… — Брони вздеть! – рявкнул я. – Вихорёк! Белый щит – на мачту! Ове! Держи на вражий драккар! Орабель, отец Бернар, – в трюм! Ох и драка будет! Не завидую тому, кто палубу отмывать будет! Хотя я бы с ним поменялся… Я стою на носу, как и подобает вождю. В отличной броне, «унаследованной» от покойного сарацина, в сверкающем шлеме. Слева – Свартхёвди. Он больше не лопает свое мухоморье зелье (хотя и носит на всякий случай), научился «звереть» и так, в процессе кровопролития. |