Книга Тень серого дома, страница 133 – Галина Ивина

Клим уставился на большой синяк на его скуле. С того момента, как Август зашел за ним, он не прекращал думать: откуда? Теперь не удержался.

— Что случилось? – спросил он до того, как понял, что его не касаются дела «бледного». Мало ли с кем ему вздумалось подраться днем?

Август поднес руку к синяку, но не коснулся скулы.

— А-а, это… – протянул он нарочно беспечным голосом. – Отец не хотел отпускать с ночевкой.

Клима передернуло, когда он осознал смысл его слов. Значит, его ударил отец? Так сильно? Ему захотелось спросить, больно ли ему сейчас, но подумал, что над таким глупым вопросом Август посмеется. Да и вообще… Тут и так все ясно. Вон какой огромный синяк. Такой крупный и свежий вряд ли не болит.

— Я своим ничего не сказала, – призналась Вита, и Лия неодобрительно цокнула.

— Зря ты так… – сказала она и отвернулась к окну.

Она просмотрела в него всю оставшуюся поездку, как будто не желала видеть обреченную подругу.

Клим подумал, что, наверное, реакция Лии связана с тем, что родители Виты внесли в свою программу воспитания изрядную долю тирании. Наверное, обманывать таких опасно. Если так, то Клим согласен с недовольством Лии. Правда, в таком случае на него ложится ответственность за здоровье Виты. Если с ней что-нибудь случится… не ночью, а завтра днем, то виноват будет он один.

Таксист неодобрительно смотрел им вслед. Клим чувствовал, как он выжигает дыру у него в затылке. Наверное, хотел вскрыть череп и разузнать, что же задумали его пассажиры. Наверняка он догадывался, что они отправились на кладбище, но всем четверым было наплевать на его догадки. Их ждала встреча с загадочным гулем, и никто не знал, чем она закончится.

Воздух наполнился прохладой, в нем чувствовалось приближение ночи, и она обещала быть неожиданно зябкой. Впереди показались ворота кладбища. В темноте они выглядели зловещими, как будто вели в загробный мир или прямиком в ад. Неудивительно, что Лия призналась:

— Мне страшно до жути.

Вита взяла ее за руку и соврала, что все будет хорошо. Клим и Август недоверчиво переглянулись. Во взгляде приятеля Клим прочитал ту же уверенность, которую чувствовал сам: ничего хорошего сегодня ночью не случится. Только не на этом кладбище.

На улице было необыкновенно тихо. Так тихо, будто весь мир вымер и не осталось ничего, кроме этого кладбища и неба, усыпанного звездами. Глядя на небо, Клим расхотел искать гуля. Он бы лучше пообщался с девушками. А еще лучше – остался бы с Витой наедине и принялся ее уверять, что поступил глупо, устроив себе два свидания. Даже если она ему не поверит и продолжит сердиться, ее общество будет намного интереснее встречи со злобным монстром.

Кладбище встретило их мрачной и жуткой атмосферой. В сумраке вырисовывались статуи и кресты. Иногда казалось, что между могильными плитами проскальзывают чьи-то силуэты.

Свет от фонариков тонул в окружающей темноте. Лучи света выглядели беспомощными перед беспросветным мраком. Они не могли рассеять всю тьму и, кажется, даже не старались.

— Если меня укусят, – заговорил Август, мрачно глядя прямо перед собой, – то я не хочу превращаться в гуля. – он посмотрел на Клима так, будто хотел внушить ему конкретную мысль. – Ты меня понял?

К своему сожалению, Клим понял, о чем он говорит. Хотя к нему никогда не обращались с настолько серьезными просьбами. И он очень не хотел, чтобы Август на него рассчитывал.