Книга Тень серого дома, страница 169 – Галина Ивина

Получив очередной удар по лицу, Клим со злостью оттолкнул ветку и вдруг понял, что больше не бежит по лесу. Он попал в «Серый дом». Не веря собственным глазам, парень оглянулся, подмечая знакомый длинный коридор и лестницу, ведущую со второго этажа на первый. Это неправильно! Он не может быть в этом доме – в доме Чудкова. Это ведь его крепость! Здесь у него нет никаких шансов.

Осознав это, Клим додумался до важной мысли: нельзя оставаться в «Сером доме», ему надо выбежать на улицу. Парень поспешил на первый этаж, но не смог спуститься. Лестница почему-то привела его на второй. Он снова устремился к ней и вернулся на то место, откуда убегал.

Сколько бы он ни метался, сколько бы ни искал выход, не мог его найти. Коридоры вытягивались, комнаты перетекали из одной в другую, все смешалось в невообразимую мозаику, в лабиринт, в котором не существовало выхода.

Где-то рядом завывали адо-псы и слышался гадкий смех Чудкова. Клим пожалел о том, что вернул себе слух после атаки сирены. Если бы он не слышал вой адо-псов и смех Чудкова, у него бы от страха не подгибались ноги.

— Бесполезно, – прогрохотал дом голосом Чудкова. – Это мое место, мой дом. Тут и он, и я намного сильнее. Тебе не сбежать.

В коридоре показался ифрит, уменьшенный до человеческого роста. Его очертания напоминали контуры тела Чудкова. И это все, что было в нем человеческого. Весь он состоял из синего полыхающего огня.

Неосознанно Клим кинулся в ближайшую темную комнату, похожую на склеп. Там ифрит его и настиг. Шагнул к нему, ослепляя своим пламенем, и заставил отступить. Адо-псы у его ног дико скалились и рычали, низко припадая к полу. Втроем они окружили Клима и теснили в угол самой мрачной, почти черной комнаты.

Клим и не думал сдаваться до тех пор, пока ифрит не призвал адо-псов. Хотя он боялся ифрита сильнее, «собачья фобия» мгновенно дала о себе знать. Его тело словно застыло от страха.

— Ты знал, что я сам создал этих тварей? – ифрит остановился, наслаждаясь ужасом Клима, слизывая его страх по каплям. – Долго экспериментировал и извел кучу материала. Кто бы мог подумать, что создавать намного сложнее, чем уничтожать? Вот этого, – ифрит указал на того, что ближе всех подобрался к Климу и рычал на него, обнажая огромные клыки, – ты знал при жизни. Прежде он был отцом твоего мертвого друга Эрнеста, а вот тот, – он ткнул во второго, который скалился и выглядел как бешеный оттого, что у него по подбородку стекала слюна, – кажется, его звали Глеб.

От нестерпимой жути Клим похолодел. Неужели Глеба настигла такая беспощадная участь?.. Он этого не заслужил!

Ифрит продолжил обыденным тоном:

— Они уже надоели мне, и я задумался над монстром пострашнее. Сначала я хотел сделать тебя идеальным монстром, но передумал после того, как ты меня убил. Ты будешь тем, кто выполняет самые мелкие поручения, рискуя собственной шкурой. Ну хочешь стать моим подопытным? Хотя… кто у тебя будет спрашивать?

Адо-псы приблизились к Климу настолько, что по одной команде ифрита легко дотянулись бы до него и вцепились в ноги. Парень чувствовал, как сквозит за спиной окно. Спасение было близко, он знал, что из этого окна можно попасть на крышу веранды. Но из-за проклятой «собачьей фобии» не мог и пошевелиться.

Снова он вспомнил совет Эрна: «Никогда не показывай, что боишься. Даже если очень страшно, никому не показывай». Только этот совет не работал против жутких монстров.