Книга Бандит. Моя расплата за долги, страница 13 – Рия Уллу

Алсу

Он навис надомной, как грозовая туча. Тёмная аура Аслана обволакивала, сжимала горло, но вместо страха во мне вдруг вспыхнуло что-то другое. Яростное. Безумное.

Я привстала на цыпочки. Его горячее дыхание обожгло губы. И прежде чем разум успел крикнуть «СТОП!», я притянула его лицо к своему и коснулась губами.

Легко. Нежно. Миг нерешительности.

Его губы ответили с такой жадной силой, что мир перевернулся. Он не целовал – он захватывал, а я отдавалась, забыв всё: кражу, угрозы, унижение. Только этот жгучий вкус его рта, запах кожи, смешанный с опасностью. Его руки впились в мои бока, прижимая так плотно, что я почувствовала каждую мышцу его живота сквозь мокрую блузку. Мои пальцы запутались в его чёрных волосах, тянули его ближе, ещё ближе.

Голова кружилась от нехватки воздуха и нахлынувшей волны желания. Я оттолкнула его – не для того, чтобы убежать. Нет. Чтобы толкнуть на низкий кожаный диван. Он рухнул на него с глухим стоном, и в его глазах мелькнуло чистое изумление. Я не дала ему опомниться.

Запрыгнула сверху, снова вцепившись в его губы. Мои колени сжали его бёдра, пальцы скользили по твёрдым плечам под тонкой тканью рубашки. Его руки скользнули под мою блузку, ладони прошлись по моей спине, впились в поясницу, опустились ниже, сжимая ягодицы через тонкую ткань юбки. Каждое прикосновение жгло, как раскалённое железо.

Он запрокинул голову, обнажив мощную шею с пульсирующей веной. Я не раздумывая приникла губами к этой чувствительной коже – кусала, целовала, чувствовала, как его тело вздрагивает подомной, как срывается его дыхание. Его стон – низкий, хриплый, почти животный – отозвался где-то глубоко во мне, заставляя сильнее впиваться в него.

— Алсу… – он прохрипел моё имя, и в этом звуке была не просьба остановиться, а признание поражения. Желание. Голод.

Его руки рванули блузку вверх, оголив живот, нижний край бюстгальтера. Холодный воздух ударил по коже, но тут же его губы прижались к моей груди, жаркие и влажные, сквозь кружево. Я ничего не чувствовала, кроме жара тела Аслана: его губы на моей коже, его руки на моих бёдрах, моё тело, трепещущее над ним.

Мы не могли оторваться. Это было падение в бездну. Это было восстание против всех его правил, всех моих страхов. Это было что-то чистое и необузданное. Было только сейчас. Только он. Только я. Только этот дикий танец тел на краю пропасти. Разум отключился. Осталось только тело, кричащее «ЕЩЕ!».

Воздух в кабинете перестал существовать. Дышалось только им – его запахом, его жаром, его стоном, когда я впилась зубами в его шею. Он ответил рыком, перевернув меня так резко, что мир кувыркнулся. Оказалась под ним, спина – на холодной коже дивана, а он – между моих ног, тяжёлый, реальный, неотвратимый.

— Аслан... – прошептала я, но это было не остановка. Это было признание. Согласие. Просьба.

Он сорвал с меня промокшую блузку одним рывком. Кружевной бюстгальтер не стал преградой – его рот вновь захватил мою грудь через ткань. Я вскрикнула, выгнувшись, ногти вцепились в его плечи. Боль, смешанная с невыносимым наслаждением, пульсировала внизу живота. Он приподнялся, его глаза – тёмные, почти чёрные, бездонные – смотрели на меня так, что стало страшно. И безумно возбуждающе.