Книга Принц ненависти, страница 122 – Джаггер Коул

— И это, — хриплю я, сжимая её киску, — это. Блять. Моё.

Мой член быстро твердеет до стали. И когда я провожу пальцем по её складкам и чувствую влажную росу, внутри меня что-то щёлкает.

Что-то голодное.

Одним движением я перекатываюсь на неё, слыша её всхлип, когда грубо прижимаю её лицом вниз к кровати. Моё колено раздвигает её ноги, и Роза стонет, когда я вонзаю два пальца глубоко в её скользкую, жадную маленькую киску.

— И похоже, ревность делает тебя мокрой, — тёмно бормочу я.

Она вздрагивает, тяжело дыша, когда её бёдра приподнимаются навстречу моим пальцам.

— Возможно, моё прошлое не такое, как ты себе представляла. Может быть, я совсем не такой, каким ты представляла меня в детстве, когда мечтала о принце на белом коне, который примчится и увезет тебя, — рычу я ей в ухо.

Роза стонет, когда мои колени раздвигаются по обе стороны от её бёдер, и я опускаю набухшую головку своего члена, чтобы дразнить её складки.

— Я... — она вздыхает, когда мои пальцы выходят из неё, и мой член скользит между её складок, замирая у входа. — Я... я не знаю, что я представляла...

— Каждая маленькая девочка мечтает о прекрасном принце.

— Но ты не принц, — задыхается она, всхлипывая и вздыхая, когда моя рука скользит вверх, сжимая её горло и слегка сдавливая.

— Нет. Я не он.

— Ты, возможно, злодей.

— Тогда, полагаю, я должен поблагодарить твоего дерьмового отца за комплексы, которые он тебе подарил.

— Боже мой, — задыхается она, заливая мой член влагой, когда нетерпеливо всхлипывает.

— Судя по тому, как ты течёшь для члена этого злодея.

Я вхожу наполовину одним толчком, и звук, вырывающийся из губ Розы, почти заставляет меня кончить прямо здесь.

— О, блять! — кричит она, вцепляясь в простыни, когда её лицо искажается от восхитительной муки.

— Больше...

Я выхожу и снова вхожу, глубже, чем раньше. Она такая, блять, тугая, но такая, блять, мокрая для меня. Всё, что я могу, — смотреть вниз, туда, где её красивые розовые складки растянуты так непристойно широко вокруг моей длины, жадно всасывая всё больше и больше меня, пока её задница не прижимается к моему прессу.

— Хочешь, чтобы тебя трахнул плохой парень? — рычу я. — Тогда тебе лучше быть готовой, чтобы тебя трахали как плохую маленькую девочку.

— Разрушь меня.

Два слова. Два слова, которые, возможно, самые грязные, блять, слова, которые она когда-либо говорила. И они взрывают меня, как выстрел.

Я рычу, сжимая её горло, выхожу и вхожу в неё, как поршень. Затем мы срываемся — два зверя, яростно набрасывающихся друг на друга. Я вколачиваюсь в неё; она вцепляется в меня. Я сжимаю прядь её волос, натягивая, пока она умоляет трахать её сильнее.

Я теряю себя в ней, вбивая её в кровать в слепом тумане похоти и страсти, пожирающих нас обоих. Пока мы не теряемся в сплетении конечностей и хриплых вздохов. Удовольствия и экстаза.

Роза кончает на мой член в третий раз, когда я больше не могу сдерживаться. Я прижимаю её, зарываясь членом до основания в её сжимающуюся, невероятно тугую маленькую киску, и опорожняю яйца в неё снова и снова, пока мы оба не падаем на кровать.

Я притягиваю её к себе, держа так крепко, что почти боюсь сломать её. Но когда я ослабляю хватку, она только крепче обнимает меня.

— Вот так, — задыхается она. — Вот так.