Книга Принц ненависти, страница 56 – Джаггер Коул

Вестибюль замирает в зловещей тишине. Атлас смотрит на Ареса, затем снова на меня с приподнятой бровью.

— Итак, когда Золотой мальчик окончательно спятил?

— Когда я решил, что играть без маски гораздо веселее, — отвечаю я не моргнув. — А теперь, мистер Дракос, я даю считаю до трёх, чтобы убраться, блять, из моего дома.

Я вижу, что он всё ещё хочет драться. Но затем Арес поворачивается и что-то шепчет брату по-гречески.

Арес Дракос также известен своей безумной жестокостью, как и его брат. Все отпрыски Дракосов таковы. Но Арес, очевидно, получил большую часть мозгов в семье. Атлас шипит что-то в ответ и бросает на меня ядовитый взгляд. Его младший брат снова хватает его за руку, рыча по-гречески, прежде чем старший Дракос наконец бормочет что-то и кивает.

— Я ухожу, Принц.

— Не нужно объявлять, просто убирайся.

Он тёмно улыбается мне.

— Не потому, что я чувствую угрозу. Не потому, что я боюсь тебя. А потому, что думаю, мне действительно понравится наблюдать, как Золотой мальчик полностью погружается в это безумие. И когда это произойдёт, и когда ты наконец развалишься по швам...

Он улыбается мне.

— Я вернусь. Чтобы нассать на твои остатки и забрать то, что моё.

— Тик-так, Атлас. Три, два...

Атлас кивает брату и своим людям. И без лишних слов они поворачиваются и уходят.

Последние четыре дня мой утренний распорядок был одинаков: Люсиль стучит в мою дверь, обычно в течение получаса после моего пробуждения, чтобы вкатить тележку с вкусным завтраком и чёрным чаем.

На пятый день, однако, распорядок меняется.

Во-первых, я просыпаюсь намного раньше обычного. Сначала я не понимаю, почему. Затем я слышу крики и звуки, похожие на рёв настоящего монстра, откуда-то из дома. Я вздрагиваю, глубже зарываясь под одеяло, пульс учащается. Через несколько минут я слышу звук машины, выезжающей с подъездной дорожки, и в доме снова тихо.

Примерно через час я всё ещё не сплю, когда в дверь стучит Люсиль.

— Доброе утро, дорогая! — весело говорит она, заставляя меня на секунду задуматься, не приснилось ли мне всё это.

Дверь отпирается, как обычно. Но когда она открывает её, мои брови сходятся.

В дверях только она. Ни тележки. Ни вкусных запахов бекона, овсянки и чёрного чая. Я всё равно улыбаюсь ей, изо всех сил скрывая разочарование.

Но Люсиль усмехается, видя, как я осторожно улыбаюсь ей.

— Проголодалась, да?

Вина обрушивается на меня.

— О, это совсем не проблема. Уверена, у вас есть другие дела, кроме...

— Ну, пошли.

Я моргаю.

Что?

Последние четыре дня я покидала эту комнату только вечером, одетая в роскошное платье, чтобы ужинать, сидя напротив угрюмого, надутого дикого хозяина этого замка, обычно почти в полной тишине. Кроме этого, дверь в мои апартаменты не отпиралась.

Но даже когда я думаю об этом, Люсиль пожимает плечами и отходит от моей двери, оставляя её широко открытой.

— Ну, если ты голодна, надеюсь, ты найдёшь кухню?

Я снова моргаю, когда она исчезает, дверь всё ещё открыта.

Это ловушка? Оливер издевается надо мной, ждёт, чтобы я побежала, чтобы он мог гнаться за мной, как психопат, которым он является?

Я могу представить, как он это делает.

Я сглатываю, откидывая одеяло и встаю с кровати. Я бесшумно подхожу к двери и выглядываю за угол как раз вовремя, чтобы увидеть, как Люсиль собирается скрыться внизу по лестнице в конце коридора. Она оборачивается и подмигивает мне.