Книга Принц ненависти, страница 76 – Джаггер Коул

Я отгородился от всех. За два года я почти никого не видел из своей прошлой жизни. И теперь, впервые с тех пор, как моя прошлая жизнь рухнула, я вижу одного из своих старейших друзей во плоти.

Адриан поднимает взгляд, когда я вхожу в библиотеку и закрываю за собой дверь. Затем он встаёт, и мы замираем так, через всю комнату, впитывая момент.

— Слишком долго, Оливер, — наконец тихо говорит он.

Мы все постарели, но, чёрт возьми, Адриан всё ещё выглядит точно так же. Тот же тёмный, разбойничий взгляд. Те же тёмные волосы и пронзительные голубые глаза.

Я лишь киваю.

Двадцать лет назад, когда нас, восьмерых, свел Лордс колледж, и мы объединились как Короли и Злодеи, мы были другими версиями себя. Молодыми, жаждущими власти, жаждущими денег, тщеславными, самоуверенными до безобразия и готовыми покорить мир, поставив его на колени.

Мы все покорили, каждый по-своему, и забрали свой кусочек мира. Адриан, сидящий во главе стола семьи Кросс. Кристоф, ставший вторым человеком в империи Братвы Цаваковых. Ноэль, который, несмотря на гораздо более скромное начало, стал одной из самых грозных и безжалостных сил в финансовом мире. Брэддок, Ларс, Мэддокс... все они нашли свои империи. Свои кусочки мира для завоевания.

И есть я: Золотой мальчик, павший с небес во тьму. Тот, кто так гордился своей честной жизнью, своими успехами «по ту сторону закона» и «чистыми» победами.

В итоге это превратилось в дерьмо. Но, чёрт, я был так хорош в скрытии тьмы от всех. Когда ты Золотой мальчик, ты очень хорошо учишься наносить этот блестящий слой каждое утро.

Некоторые из них догадывались, что скрывается под золотым фасадом. Адриан, конечно, знал, что я веду дела, ну, с ним. Мы с Кристофом делили несколько моментов, когда, думаю, мы оба видели демонов друг друга. Но никто из них никогда не знал полного масштаба моей закулисной работы с несколькими преступными организациями. И никто из них никогда, никогда не знал о тёмном яде внутри меня, который однажды скоро полностью уничтожит меня.

Они всё ещё не знают.

Старые друзья видят меня сломленным. Эмоционально разбитым. Всё ещё оплакивающим потерю сына. Они видят человека, запершегося в своём доме, чтобы отгородиться от мира.

И они не ошибаются. Но никто из них не знает, что часть причины, по которой я заперся, — это мой тихий выход. Мой последний поклон перед тем, как зверь возьмёт верх, и я полностью поддамся тьме.

— Что я могу для тебя сделать, Адриан?

Я вижу, как шестерёнки крутятся за его глазами, пока он смотрит на меня, слегка хмурясь.

— Я волнуюсь за тебя, Оливер.

Я холодно смеюсь, гнев вспыхивает.

— Я думал, я был достаточно ясен в отношении своей позиции по поводу навязчивого сочувствия и...

— Я пришёл не для того, чтобы дать тебе платок и обнять тебя, блять, Оливер, — бормочет он. — Так что можешь прекратить эмоциональное блокирование.

Мои губы кривятся.

— Тебе не нужно волноваться, Кросс. У меня всё отлично.

— Ты не выходил в свет два года, мой друг.

— И?

— И это меня волнует.

Я сверлю его взглядом.

— Господи, Принц, никто не может по-настоящему понять потерю, которую ты пережил...

— Верно, — опасно шиплю я. — И ты в том числе.

— Но я дам тебе совет.

Моя ярость закипает, когда я направляюсь к двери.

— Сэкономь силы. Мне не интересно...