Книга Принц ненависти, страница 96 – Джаггер Коул

Я вскрикиваю, хныча, когда его зубы и губы скользят по моей нежной коже — кусая, всасывая, покусывая и облизывая, пока мои бёдра не отрываются от кровати. Он опускается ниже, и я дрожу, когда он задирает мою футболку до шеи.

— Без лифчика? — рокочет он.

Я густо краснею.

Раньше я приняла душ, а затем просто натянула одежду, прежде чем вернуться в комнату Оливера проверить его рану. Я не надела лифчик, потому что спешила, и, честно говоря, по привычке. Я редко носила его в Богоматери Хильдегард, потому что грудь у меня довольно маленькая, и мне они никогда не было нужны.

— Я...

Я вскрикиваю, когда его губы смыкаются вокруг одного пульсирующего розового соска, сильно всасывая, пока его язык кружит по бугорку. Он покусывает его зубами, заставляя меня вздрогнуть. Это словно разряд тока.

— Я приняла душ, — стону я, когда его большие руки скользят вверх и вниз по моим рёбрам, а его рот скользит к другой груди. — А затем... просто натянула футболку...

— Ты больше не будешь их носить.

Я всхлипываю, заливаясь жаром от властного тона его голоса.

— Я...

— Не нужно превращать это в спор, принцесса. Считай это законом. Когда я вижу тебя в этом доме и когда я смотрю на тебя, я хочу видеть это...

Я громко вскрикиваю, когда он покусывает сосок зубами, сразу же всасывая его между губ, чтобы языком унять боль от укуса.

— Без грёбаного лифчика, скрывающего их.

Я глубоко краснею.

— А как же другие два человека, живущие здесь...

— Они будут носить грёбаные повязки на глазах, мне всё равно.

Я вздыхаю, когда он переходит к другому соску и касается его языком.

— Тогда зачем останавливаться только на лифчиках? — стону я, дыхание перехватывает, когда я чувствую, как его сильная рука скользит всё ниже и ниже, дразня пояс моих пижамных штанов. — Если уж повязки, зачем мне вообще носить одежду...

— Осторожнее, — хрипит он в изгиб моей шеи, зубы скребут по коже.

— С чем?

— С тем, чтобы вкладывать мне в голову идеи, которые я превращу в грёбаный закон.

Он опускается, его рот дразнит между грудей, по рёбрам, затем по животу, и моя плоть тает под его губами. Он опускается ниже, и я вздыхаю, когда его пальцы проскальзывают в пояс моих пижамных штанов и трусиков.

Одним движением они оказываются на коленях. Ещё одним — мои глаза расширяются, рот приоткрывается, когда Оливер опускается на колени и непристойно прижимает мои колени к груди, полностью открывая моё самое сокровенное место его голодным глазам.

Я чувствую его горячее дыхание на задней стороне бёдер. Когда оно дразняще скользит по моим обнажённым складкам, я вздрагиваю.

— Оливер... О БОЖЕ...

Его язык скользит по моим складкам, заставляя мои глаза закатываться, а из горла вырывается звериный звук, которого я никогда раньше не слышала. Он стонет в мою киску, проталкивая язык глубоко между губами, а большим пальцем гладит клитор. Он кружит языком по мне, поднимаясь выше, чтобы всосать мой ноющий бугорок между губ, танцуя языком по нему, пока я вскрикиваю.

Я мечусь на кровати, содрогаясь и извиваясь под его языком. Он держит рот на мне, пока его сильные руки срывают с меня пижаму и трусики до конца, стаскивая их через ноги и отбрасывая в сторону, прежде чем он снова возвращается к моему клитору.

Он закидывает мои ноги на свои обнажённые мускулистые плечи. Его пальцы дразнят мои складки, нащупывая вход и медленно входя в меня. Мой рот приоткрывается, когда я чувствую, как его кончики пальцев касаются определённого места внутри. Моё зрение затуманивается, когда его губы смыкаются вокруг моего клитора.