Онлайн книга «Одержимость Сулима»
|
В один из вечеров, возвращаясь домой, я купил огромный букет цветов и очередной подарок для любимой женщины. Разумеется, с момента нашей свадьбы Урсула от меня даже доброго слова не слышала, не то что подарки. Приехав домой, я застал Малику рыдающую на полу в ванной комнате. Не сразу понял, в чём дело, её руки были в крови, я тогда первый раз в жизни испытал ни с чем не сравнимый страх. Не знаю, как я это понял. Просто осознал, что Малика потеряла ребёнка. — Это она! Это она, я уверена в этом! Она мне угрожала. Говорила сначала, что я рожу урода, потом говорила, что не позволит этому малышу появиться на свет. Я думала это просто угрозы, боялась твоего гнева, не хотела говорить, чтобы ты не наказал её. А она… нашего ребенка… Я не видел ничего перед собой. Отдал сухой приказ своему управляющему запереть Урсулу в сарае. Вернувшись в дом, нашел в мусорном ведре остатки пищи. Я подумал — Урсула не выбросила отходы, потому что посчитала, что я не догадаюсь. Анализ показал — в еду был всыпан препарат, который спровоцировал гибель плода. Я сам взял в руки плеть. * * * Сулим сжал кулаки до побелевших костяшек, а по моим щекам катились слёзы. Как Урсула могла так поступить? * * * — Я бил Урсулу с дикой яростью, на которую только был тогда способен! Бил до тех пор, пока окровавленное хрупкое тело не перестало подавать признаки жизни. Я имел право тогда убить свою вторую жену. По нашим законам — доказательства были на лицо. Только мне этого было мало! Я хотел её публичного позора, и я его получил. Я вызвал врача для Урсулы лишь для того, чтобы она не вздумала умереть. Ей помогли помыться, переодели и без платка, с позором, вели через весь город. Мне самому позволили выбрать место для её казни. Не знаю почему, но в самый последний момент я решил, что её смерть не станет достоянием общественности. Это только наши с ней счеты. * * * Сулим, прикрыл глаза, и какое-то время молчал. * * * На обрыв пришли только мои близкие. Брат, отец, близкий друг — Харис. И двое подданных. — Урсула, ты этого не достойна, но таковы традиции. Мы даём тебе последнее слово, — пробасил тогда отец. Я не хотел её слышать. Она не имела и на это право. Убийство невинного дитя считается самым страшным грехом. * * * — Я до самой смерти буду помнить её взгляд, Яра. И никогда не смогу забыть того, что она мне сказала… Я боялась пошевелиться! Сулим подошёл к самому главному. Я почувствовала то, как сильно напряглось его тело. Ему больно! Но ни эмоциями, ни словами он не выдаёт этого. Сейчас его голос стал ещё более жёстким. Я просто чувствую его боль! В этот момент я ни о чём не думаю. Только вижу и чувствую его состояние. Мне хочется прижаться к нему. Но он по-прежнему стоит у окна, и всё также не смотрит на меня, словно говорит сам с собою. Я не дышу! Уже совсем не дышу. Слышу только размеренный и очень громкий стук своего собственного сердца. * * * — Я тебя прощаю! — впервые её голос звучал твердо, и она смотрела мне прямо в глаза. Протянув вперёд руку, она разжала худенький кулачок. На её ладошке лежала синяя флешка, она бросила её на землю. — Помни, пожалуйста, что я тебя простила! — в тот момент я настолько был шокирован её смелостью, которой не видел ни разу за пять месяцев нашей с ней супружеской жизни, что лишь только смотрел на неё, не в силах произнести ни единого слова… |