Онлайн книга «Одержимость Сулима»
|
— Салиха являлась подругой матери Малики. Я не знал этого, когда принимал её на работу. А когда пришел доклад по ней, решил не обращать на это внимания. А что касается недоделанных родственников Агияна… Они подкупили Салиху для того, чтобы она в нужный момент подсказала им твоё местоположение вне дома. Препарат дала им как бонус. Правда, сказала, что это снотворное. Через четыре дня меня выписали домой. Разумеется, не потому, что я уже успела оправиться, а потому, что больничные стены давили на меня, несмотря на то, что со мной поочерёдно сидели мама, Сулим и Харис. Последний, кстати, очень меня беспокоил. Смотрел как-то странно и почти не разговаривал со мной. В общем, я своими капризами вымотала Бараева и он забрал меня домой! Только привёз меня не в загородный дом, а в городскую квартиру. Мама ежедневно приезжает сюда и делает мне уколы. — Может и хорошо, что ты всё-таки завтра расписываешься с Бараевым? — Мам, ты чего? — даже удается улыбнуться. — Ты же только утром спрашивала меня, хорошо ли я подумала? — Препараты безумно дорогие и достать их сложно. А без них, кто знает… — Мама, я не могу на тебя такую смотреть! Отложив в сторону книгу, подхожу к родительнице и, приобняв её за плечи, чмокаю в щёку. — Нормально все! — устало произносит. — К вам регистратор прямо сюда приедет? — Да! Ты приедешь? — Конечно! Как я могу пропустить твою регистрацию. Хоть и такую… — Какую, мам? Ну вот какую? — Он принуждает тебя! Ты просто меня расстраивать не хочешь, да? — Нет, мама! Нет. Я сама согласилась! — Но почему? — мамины нервы сдают окончательно, она снова утирает слёзы. — Ты ещё скажи, что любишь! Повисает пауза, но не потому, что я крепко задумалась над ответом! Скорее, я подбираю слова. — Мама, мне с ним спокойно! — Что тебе с ним? — И не только спокойно, но и несложно. Когда я встречалась с Давидом, часто приходилось подбирать слова, даже разговор начать не всегда было просто. Молчание всегда давило, и часто, когда заканчивались темы для разговоров, повисала неловкая пауза, и мы шли по домам или каждый по своим делам. А с Сулимом как-то само собой всё получается. Мне легко с ним: молчать, говорить. Нам нравится вместе смотреть нелепый фильм по телевизору. Ему со мной, кажется, тоже легко. По крайне мере, я ни разу не чувствовала от него даже напряжения в мою сторону. Я могу много вот так приводить, казалось бы, пустые доводы, но… — Да нет, — тихо произносит мама. — Не пустые это доводы. Наоборот, очень правильные. Нине нужно позвонить, может, ответит? — быстро меняет тему. — Так и не говорит с тобой! — Мм! — отрицательно машет головой. — «Деньги дашь? Нет? Ну всё, давай, мне некогда». Мама полностью погрузилась в тревогу за Нину. На меня из-за этого время от времени накатывает обида. Да, мне обидно. Я злюсь на сестру, потому что она сознательно влезла туда, куда совершенно не следовало. Загубила свою жизнь и мы с мамой теперь, как на пороховой бочке. Я вот вроде и понимаю, с одной стороны, беспокойство мамы, но... А как же я? Мне тоже плохо, очень! Я потеряла своего ребёнка не на маленьком сроке. Я уже успела всё осознать. Почувствовать его. Понять, что стану матерью! Понимаю, время пройдёт, раны затянутся, но сейчас мне плохо. Только я должна закрыть своё собственное горе в себе. Потому что то, что касается меня, уже всё позади. Да есть сложности, но они решаемы. Правда, мне так и неясно, смогу ли я иметь детей? Когда задала этот вопрос маме, Сулим за неё ответил, причем, как всегда, довольно жёстко: «Мы сейчас лечимся, и приходим в себя. Остальное потом!» |