Книга Кошка гуляет сама по себе, страница 32 – Натали Карэнт

— Температуру мерила? — спрашиваю, поднимая принесённые пакеты и отправляюсь на кухню. Так, апельсины и мандарины помыть и сразу же сделать сок. Что у нас в холодильнике, заглядываю я. — Ты голодная?

— Где ключи взял? — тихо спрашивает, осторожно заходя на кухню со своей подушкой и останавливается, подпирая спиной стену.

— У тебя акцент исчез! — улыбаюсь я, пытаясь заговорить её. — Слышу чисто парижский прононс, — но на поставленный вопрос надо как-то отвечать. — А ключи на улице нашёл в. Лежат себе, думаю, вдруг от твоей квартиры. И точно! Представляешь?!

— Эгре! — возмущается она и сверлит меня недовольным взглядом.

Да, фамилия моя стала именем нарицательным. Теперь, я для неё не Эрик, а Эгре и непременно с возмущенными нотками в голосе.

— Может приберёшь немного? — выглядывая в гостиную, поверх её плеча, указываю на разбросанные по полу салфетки.

— Я — дома! — опять возмущается Катрин, выходя из кухни. — Что хочу, то и делаю!

Одета в облегающий трикотаж и хлопок. Уютно и по-домашнему. Мягко. Наконец-то, она рассталась со своей подушкой. Присела, собирая салфетки, разбросанные на полу, где дотягивается рука. Собрав кое-какие, встаёт и уже наклоняется, чтобы подобрать оставшиеся.

— Oh-la-la! — невольно восклицаю, наблюдая за ней.

— Не пялься! — выпрямляется она и отправляет гневный взгляд в мою сторону. Проходит мимо уверенным шагом и выбрасывает собранные комочки из салфеток. Снова проплывает около, а я слежу за каждым её движением.

— Котенок, одень что-нибудь менее облегающее, — прошу искренне, не в состоянии скрыть улыбку, да уже и не пытаюсь. — А то я, невольно, заглядываюсь на твою... м-м-м... — здесь замолкаю, потому как от грозного девичьего взгляда невольно умолкнешь, а дальше оставаться серьёзным я просто не в силах. Смеюсь.

Реакция у неё мгновенная. Тут же диванная подушечка летит в меня, хорошо хоть не эта громадина, с которой она обнималась. Продолжая смеяться, пульнул прилетевший предмет обратно и скрываюсь на кухне.

Принимаюсь за фрукты. Мою. Режу на дольки. Включаю соковыжималку. Думать ни о чем не могу, только тупо расплываюсь в улыбке. Нисколько не жалею о том, что пришёл.

Лили оказалась права.

Сок готов и я возвращаюсь в гостиную со стаканом в руке. Она спокойно сидит на диване, вновь обхватив свою подушку. Смотрит телевизор, при всём множестве событий он не выключался с тех пор как я вошёл, поэтому, она спокойно вернулась к его просмотру.

— Так, что с температурой? — спрашиваю, подавая ей полный стакан фреша. Облокачиваясь о спинку дивана, нависаю над ней со спины. Осторожно чмокаю в щёчку — горячая.

— Вот, — она протягивает градусник и немного отстраняется. — Как ты меня назвал?! — спрашивает она, кося взгляд.

— 38.7 — плохо дело. Надо выпить лекарство, но перед этим обязательно поесть. Котенок, ты голодна? — спрашиваю, многозначительно смотря на неё. — Сейчас придумаем завтрак на скорую руку.

А быстро приготовить можно только омлет.

— Я не ем яйца, — сморщившись смотрит она на протянутую мной тарелку.

— Ешь! — уверенно возмущаюсь. После этих слов столовый прибор возвращается ко мне пустым. — Теперь выпей, — послушно принимает из моей руки стакан, выпивая содержимое, — и спать. Быстро! — поднимаю её с дивана, потянув за руку, направляю в спальню, хлопнув ладонью по «мягкому месту» и продолжаю мило улыбаться.