Книга Черная роза, страница 323 – Диана Крымская

— Неплохая идея, ваше величество. И поездка в Шинон тоже мне нравится. Хоть я и не любитель, как вам известно, езды в паланкине, но я готов отправиться хоть сию минуту. И давайте и да Сильву тоже возьмем. Врач может понадобиться.

«Надеюсь, конечно, не Доминик и Роберу, — подумал про себя Очо. — Но кто знает, как там повернутся дела? Это хорошо Бланка придумала — поехать в Шинон. Я же с ума сойду от неизвестности. А сюда, в Париж, новости дойдут не так скоро. К тому же — вдруг я могу там понадобиться? Де Парди и де Немюр — сильные и отважные рыцари, Доминик тоже смела, как гирканская тигрица. Но они все слишком горячие и действуют порой необдуманно. Поэтому присутствие в Шиноне умного и хладнокровного человека тоже не помешает.»

Около восьми утра через два дня после событий во дворце де Немюра девять всадников подъезжали к замку Шинон. Семь из них были хорошо вооружены и окружали тесным кольцом двоих — монахиню-картезианку в белом плаще с капюшоном на голове и человека, или спящего, или находящегося в обмороке, потому что он был привязан к своей лошади. На плечи ему тоже был накинут плащ, чтобы его состояние и веревки не так бросались в глаза.

Всю дорогу Доминик старалась изо всех сил придумать хоть какой-нибудь выход, найти способ бегства. Если бы она была одна, то попыталась бы как-нибудь перехитрить свою стражу и попытаться бежать. Но ей надо было спасти не только себя, но и Робера. А он все не просыпался. Все эти два дня, что они скакали почти без остановок в Шинон, он крепко спал.

Что будет, когда он очнется ото сна и увидит, что и он сам, и она — пленники Рауля? Сердце молодой женщины сжималось. Но вот она увидела приближающиеся крепостные стены и высокие мрачные башни замка с плещущимися на ветру знаменами с королевскими французскими лилиями. Шинон! Не станет ли он могилой для герцога и герцогини де Немюр?

Рауль де Ноайль тоже глядел на замок. В отличие от Доминик, сердце его трепетало от радостного предвкушения. Близился миг победы, миг желанного счастья, исполнения его самой заветной мечты!

«Не одной мечты — двух, — поправил он сам себя, посмотрев на Робера и его жену. — Наконец-то я покончу со своим кузеном. Он умрет не быстро, о нет! Я придумаю что-нибудь поизощреннее. Чтобы он прожил подольше — но в страшных муках. Впрочем, что может быть ужаснее для моего дорогого братца, чем сознание, что его молодая жена находится в моих объятиях, пока сам он гниет заживо в подземелье Шинона? А можно привести Доминик к нему, закованному в цепи, в подвал. Раздеть ее — и овладеть ею прямо на его глазах! — Глаза Рауля засверкали. — Вот она — вторая моя мечта! Обладать этой женщиной!.. Прекрасная мысль! Пусть мой милый кузен корчится в своих кандалах от отчаяния и бессилия спасти свою женушку! И даже пытать его не надо. Все равно королева запретила мне трогать его. Как это наивно со стороны дорогой Бланш! Можно подумать, что я должен был уговорами добиваться от де Немюра раскрытия тайны местонахождения документа! Но теперь, когда Доминик в моих руках… Теперь все пойдет как по маслу! Мой кузен сразу все расскажет. Запоет! Да! Я все это хорошенько обдумаю. Вечер обещает быть чудесным! Лучшим в моей жизни!»

Рауль снова окинул взором высокие стены и башни. Шинон! С этим замком у него тоже были связаны кое-какие воспоминания. И совсем не такие ужасные, как у де Немюра. Скорее, наоборот. Да… Это было год назад. Де Ноайль тогда славно здесь повеселился! Знал бы его кузен, как славно, — давно бы отправил Рауля на тот свет, и никакие клятвы, данные Розамонде, не остановили бы разъяренного Робера!