Онлайн книга «Черная роза»
|
Но герцог лишь усмехнулся и произнес: — Увы, мадам, я должен вас покинуть. Но я вернусь! — Про себя он подумал: «Что ж, Бланш, похоже, эту партию ты все-таки выиграла! Обстоятельства сильнее меня. Я остался без первой брачной ночи!» — Монсеньор, — слабым голосом воззвал к нему отец Игнасио. — Я должен вам сказать нечто очень важное!.. — Не время, святой отец. Скажете все, что хотели, графу де Брие, а он передаст мне! Жерар, мои доспехи, меч и плащ! Они в донжоне, в комнате наверху. Пусть кто-нибудь проводит тебя! — Я провожу, — неожиданно вызвалась Мари-Николь. Вдруг Жан-Жак, отставив свой костыль, кинулся в ноги Черной Розе: — Умоляю вас, монсеньор, не оставляйте меня здесь! Я хочу находиться рядом с вами! — Хорошо; но если твоя рана откроется или ты начнешь стонать от боли, мы бросим тебя прямо на дороге, так и знай! Лицо оруженосца осветилось радостью. — Я готов хоть сию секунду, монсеньор! — Юный граф де Сю! Мне по душе смелость, но не безрассудство. Пусть вам наложат тугую повязку вместо той тряпицы, которой обмотана ваша рана! Вы приехали на свежей лошади? — затем обратился герцог к гонцу. — Да, монсеньор. Та, на которой я добрался до вашего отряда, сразу пала… — Я возьму её и поскачу в лагерь. Ты, Анри, проследи, чтобы Жан-Жаку как следует наложили повязку, и вели конюху посмотреть правую заднюю ногу моего Сарацина; возможно, его надо перековать. Как только ты, Жан-Жак и Жерар будете готовы, держите путь на Каркассон. Анри, поедешь на моем коне; он мчится как ветер, и вы быстро догоните нас. Доминик, при всей своей ненависти к герцогу, не могла не восхититься этим человеком, — он отдавал приказы четким и ясным голосом, и все моментально бросались исполнять их. В это время бегом вернулся Жерар. Он нес шлем, латы и меч герцога. Лицо его было бледно, нижняя челюсть подрагивала. — Я не стану надевать сейчас доспехи. Жерар, привезешь их мне, — сказал Черная Роза. — Меч! — И он быстро опоясался мечом. — Шлем! — Жерар подал его герцогу — без перьев, срезанных Доминик. — Что это, че… боже мой? — вовремя вспомнив, что он находится в святом месте, спросил рыцарь, в недоумении разглядывая шлем, но все же надевая его на голову. — Плащ! — М-м-монсеньор… Ваш плащ… — Ну? Что такое? — Ваш плащ… Боюсь, что он… немного испорчен. — Ты смеешься? Некогда шутить! Бедняга Жерар весь вспотел. Вот ужас! Мало того, что он не спас герцогского знамени, так ещё и плащ нашел весь искромсанный! — Его… его кто-то изрезал ножницами, монсеньор. Изрезал на кусочки! Герцог опять усмехнулся. Он начал догадываться, кто побывал в его комнате и испортил шлем и плащ. Опять эта рыжая бестия! Но времени разбираться не было. — Монсеньор! — обратился к нему де Брие. — Возьмите мое сюрко! И, расстегнув застежку, он снял с себя свой алый плащ и протянул Черной Розе. — Благодарю, Анри, — сказал герцог. — Прощайте, господа! — Он застегнул сюрко, которое дал ему его друг, и быстрым шагом направился к выходу из часовни. Но вдруг резко остановился, повернул назад и, подойдя к Доминик, взял её за руку и почтительно прикоснулся губами к её дрогнувшим пальчикам. — Я вернусь, мадам, клянусь честью. И докажу вам, что я отнюдь не чудовище и не дьявол. Только дождитесь меня, — тихо прошептал он — и вышел. Через мгновение послышался дробный стук копыт, — Черная Роза покинул Руссильонский замок и свою юную жену. |