Книга Няня для дочки отца-одиночки, страница 59 – Олли Серж

— Так, где же оно… – двигает различные приборчики, микрофоны и зарядные. – А вот!

Расправляет смятый лист.

— Читай… – подает мне его многозначительно.

Пробегаюсь по тексту глазами. Сначала бессмысленно, просто решив уловить суть, но спустя абзац уже перехватываю лист бумаги из рук подруги.

— Кто написал этот бред?

— Пиарщики Севы А2. – Складывает Влада руки на груди. – А наши пойдут на все условия, чтобы поднять охваты канала.

— Я только не понимаю, зачем блогеру с такой огромной аудиторией нужно телевидение? Наши охваты он набирает за первый час!

— Чтобы потешить ЧСВ, – загибает пальцы Влада. – Чтобы приглашали в гос проекты. Чтобы повысить доверие взрослой аудитории….

— Повысить доверие медийным романом с телеведущей? Нет! Я этого так не оставлю! Что вообще происходит? У нас детское шоу, в конце концов! А это какое–то «простиГосподи!»

Сжимаю в руке сценарий и решительно выхожу из гримерной.

— Где Воронова? – Ловлю в коридоре коллег.

— Она в третьей студии. «Семейный блиц–псих» пишет, – отвечают мне парни из аппаратной.

— Спасибо… – бегу дальше по коридору.

Возле лифтов краем глаза вижу странного парня с патлатой рыжей шевелюрой. Собственно, одет он тоже как малыш – переросток. Джинсы клеш, рубашка, красная кожаная куртка. Парень капризно требует у нашей Леночки администратора воду «Пурье».

Хмыкаю. У Леночки зарплата, как сотня бутылок этой воды. Да и вообще нет у нас подобной роскоши. Разве что, перед съемками новогодних программ появляются для супер звезд.

Ладно, надеюсь, что это не мой соведущий. Вообще, я обычно перед работой с человеком готовлюсь. Смотрю хотя бы пару выпусков с участием или читаю интервью. А тут – прям совсем не было времени!

Залетаю в третью студию и оглядываю затемненное помещение.

— Поправьте ведущему рубашку! Расстегните верхнюю пуговицу и наденьте на безымянный палец кольцо! – Командует в рацию моя начальница. – Валера, мне нужен скандал! Что ты мямлишь? Камеры готовы? Поехали! Звук мне на колонки выведите! И героиню снизу подсветите! Она должна выглядеть страдающей!

Я сначала хочу воспользоваться моментом и отвести начальницу в коридор, чтобы поговорить, но вдруг замечаю на оном из студийных стульев за стеклом знакомое лицо.

Что? Неужели теща майора решила поучаствовать в передачи и рассказать на весь мир правду про своего зятя?

Ведущий передает ей микрофон.

Глаза женщины наполняются слезами, и она начинает говорить.

— Мой зять – полицейский. Настоящий оборотень в погонах! Продал мою дочку в рабство за границу. Забрал у меня внучку и заставляет платить процент с бизнеса, который моя девочка строила с шестнадцати лет…

Я давлюсь воздухом. Вот это поворот!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍И вдруг перспектива поцелуя с Севой А2 в кадре становится для меня совершенно незначительной, потому что его можно объяснить! Ну хоть как–то!

А то, что произойдет, когда бабку Алёны покажут с ее заявлениями на всю страну – мне даже представить страшно!

— Зарина! – Забегает за мной звукорежиссер. – Ну где ты ходишь? Все готово! Мне материал сегодня кровь из носа надо обработать и сдать!

— Сейчас, Сереж! – Отмахиваюсь я от него и хватаю телефон, набирая номер майора.

Жду длинные гудки.

— Алло…. – отвечает мне сонный и недовольный голос.