Книга Черно-белые чувства, страница 60 – Дарья Волкова

Артема накрыло мощнейшим дежавю. Как это похоже на разговор с младшим Халяевым. Только тот был на улице, на повышенных тонах и с попыткой перехода в драку. А этот, в кабинете, тихий. И от того еще более… жуткий.

— Тогда вы все знаете.

— Я не знаю главного. Зачем вы спасли моего сына?

— А не должен был?

Повисла пауза — тяжелая, тягучая, почти осязаемая. Халяев молчал. Артем молчать не мог. Тишина жгла и давила.

— Повторяю — оперировать, кроме меня, было некому. Я должен был оставить вашего сына умирать?

Вице-губернатор смотрел на него тяжелым, немигающим взглядом. Но Артему почему-то казалось, что Халяев его не видит. Что он смотрит куда-то в свое. Когда он заговорил, голос его звучал почти неузнаваемо. Хрипло.

— Помните, вы сказали мне тогда… В нашу первую встречу в больнице. После операции. Что ненавидите меня. Именно меня. Не Пашу, а меня. И что ненавидели все пять лет. Так как же так вышло, Артем Александрович, что вы спасли сына человека, которого пять лет ненавидели?

Артем чувствовал, что в нем поднимается что-то. Что он не может осознать. Чем он не может управлять. Словно кто-то говорит за него.

— А с чего это в вас вообще проснулся интерес к таким метафизическим и фундаментальным вопросам бытия?

В глазах Халяева что-то мелькнуло — тоже такое, что Артем не смог осознать или как-то идентифицировать. А потом вице-губернатор вдруг отвел взгляд.

— Пашка бухает. По-черному. А ему бухать нельзя. Да и не только… И вообще… — он дернул плечом, как-то совсем по-детски. Не по статусу. — Зачем вы спасли ему жизнь, если она теперь летит к черту?! Зачем вы его спасли, если ненавидите меня?!

Халяев снова посмотрел ему в глаза. И в голове Артема появились слова. Единственно верные. Единственно возможные. Он встал. Встал и Халяев.

— Я устал вас ненавидеть.

Халяев ушел. Она больше не сказали друг другу ни слова. А Артем схватился за телефон и набрал сообщение: «Приходите пить кофе».

Ему остро хотелось кофе. И увидеть Таисию Мельникову. Артем не собирался ей рассказывать о приходе Халяева. Но о визите в прокуратуру — обязательно. А больше всего хотелось просто выпить чашку кофе в ее компании. И послушать ее голос, который говорит какие-то умные и правильные вещи.

Как он дошел до того, что эта девчонка стала его средством спасаться от стресса? Она, которая с первой же встречи была для Артема представителем тех, кого он остро ненавидел. Она, которая теперь с ним на одной стороне плечом к плечу.

Странная девушка. Или удивительная.

Она пришла. Пила кофе. Внимательно слушала, задавала вопросы, хмурилась. Делала себе какие-то пометки. Снова прикусывала губу и терла висок.

А Артем пил невероятно, просто неожиданно вкусный кофе и ловил себя на том, что ему хочется улыбнуться. Как будто не было никакого Халяева — ни вообще, ни в его кабинете полчаса назад.

Кажется, у них получается! Это невероятно. Таисия демонстрировала Артему уверенность, которой не чувствовала. И перед его поездкой в прокуратуру, и все то время, пока он там был — трусила страшно. Ведь это ее инициатива. Ведь это Тая практически заставила Артема писать то письмо! И если что-то пойдет не так — то вина будет лежать на Таисии.

А все прошло как нельзя лучше. Идеально! Тая слушала Артема, стараясь не выдать охватившую ее радость. Получается. Получается! Выкрутимся. Отобьемся.