Книга Связанные прошлым, страница 167 – Кора Рейли

— Вон из моего дома. Все вы.

Я моргнула.

— Мама, – начала София, но Инес бросилась к Данте и толкнула его в грудь. – Вон. Из. Моего. Дома!

— Инес…

Данте попытался снова, но она покачала головой и ушла.

— Уходи, – велел Пьетро.

Данте расправил плечи и кивнул. Я не понимала, что происходит, была совершенно ошеломлена и подавлена.

— Собирайте свои вещи! – велела я Леонасу и Анне. Они колебались, но я подтолкнул их наверх, и наконец они сдвинулись с места.

Я быстро последовала за ними, надела джинсы и пуловер поверх ночной рубашки, затем обулась в кроссовки на босу ногу. Схватив свою сумку с вещами для ночевки, я поспешила обратно на улицу.

— Леонас, Анна!

Они присоединились ко мне мгновение спустя, вид у них был испуганный.

— Что происходит? – спросила Анна. Я покачала головой. Я не была уверена.

Когда мы вышли в коридор, Пьетро держал входную дверь открытой, как будто ему не терпелось поскорее выпроводить нас из их дома. Сантино ждал на ступеньках, а Тафт и Энцо сидели в двух машинах.

Сэмюэля и Инес не было.

София прижалась к Пьетро, и у меня оборвалось сердце, когда они с Анной крепко обнялись, как будто это было последнее прощание. Это было не так. Не могло так быть.

Я взяла Данте за руку, желая показать ему свою поддержку. Он слегка сжал ее.

— Надеюсь, ты скоро поймешь, почему я принял такое решение.

Пьетро еще крепче прижал Софию к себе.

— Я понимаю, Данте. Ты защищал своих собственных детей и в свою очередь отказался от одного из моих детей. Это не в первый раз.

Я не был уверен, что он имел в виду.

Мы вышли, и Пьетро закрыл дверь.

Я взяла Анну свободной рукой, Данте взял Леонаса за руку, и мы вместе направились к нашей машине.

Я не оглядывалась, не желая, чтобы это было похоже на настоящее прощание.

Мы ехали некоторое время молча, прежде чем Леонас заговорил с заднего сиденья. Его голос звучал растерянно.

— Почему ты позволил дяде Пьетро выгнать тебя? Это и твой город тоже.

Данте кивнул, не отрывая взгляда от дороги. Он выглядел измотанным. Как долго он бодрствовал?

— Верно, но это дом Пьетро, это его семья, и даже как Дон я должен уважать это, особенно будучи частью их семьи. Им нужно время на траур.

— Но Фина не умерла, – прошептала Анна.

— Нет, не умерла, – сказал Данте. – Но она потеряна для нас.

Анна прикусила губу и посмотрела в окно.

— София сказала, что Фина влюблена в Ремо и что она хочет растить близнецов вместе с ним.

— Это не любовь, – возразил Данте.

А разве это не любовь? Может быть, извращенная любовь, но любовь часто приходит с болью и жертвами. Я не знала, что чувствует Фина, и уж тем более не знала, что происходит в голове Ремо Фальконе, но я в любом случае не разделяла уверенности Данте.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что Серафина не в себе. Если бы она была собой, она бы не предала свою семью, свои корни ради такого человека, как Ремо Фальконе.

Я коснулась его бедра. Анна во все глаза смотрела на нас. Она явно ничего не понимала. Это и так было трудно понять. Я не хотела расстраивать ее еще больше.

Данте прочистил горло, и выражение его лица смягчилось.

— Увижу ли я Софию снова? – мягко спросила Анна.

Я с улыбкой повернулась к ней.

— Конечно.

Данте ничего на это не сказал.

* * *

Мы оставались в состоянии шока после того, как Серафина уехала с Ремо. Более сильный, более затяжной шок, чем после ее похищения. Когда Ремо похитил Серафину, мы были уверены, что вернем ее, что сделаем все возможное, чтобы вернуть ее домой. На этот раз в наших умах и сердцах поселилось чувство окончательной потери. Даже самые смелые надежды не могли развеять его.