Книга Связанные прошлым, страница 77 – Кора Рейли

Данте озабоченно нахмурил брови. Последние несколько дней ситуация с Семьей сильно давила на него.

— Это напоминание о том, что я слишком много работаю?

— Ага! – воскликнула Анна, обращаясь к Данте. Он с усмешкой обнял ее за плечи.

— Хорошо.

— Звонил Орацио. Он заедет на кофе.

Поведение Данте сразу же изменилось. Он стал бдительным и сосредоточенным.

— Звонил? Где он сейчас?

Я поджала губы.

— Полагаю, в Чикаго? Разве он не помогает моему отцу?

Вопрос Данте выбил меня из колеи и в то же время обеспокоил.

— Ни твой отец, ни я не могли связаться с ним со вчерашнего дня.

— Он сказал, что поссорился с папой. Может, ему нужно время, чтобы остыть.

— Так сказал Пьетро.

— Ты спросил Пьетро, вернулся ли Орацио в Миннеаполис.

Данте посмотрел на Анну, которая начала рисовать на одной из бумаг на его столе. Но у меня было ощущение, что он делает это специально, чтобы избежать моего взгляда.

— Я предпочитаю знать о местонахождении моих людей.

Затем меня осенило, и во мне зародилось негодование.

— Ты не можешь спокойно предполагать, что Орацио делает что-то против Синдиката. Он мой брат, Данте. Ради Бога, пожалуйста, не втягивай нашу семью в эту войну еще больше, чем мы уже втянуты.

Данте поднял голову, на его лице отразилась боль.

— Я никогда не хотел втягивать тебя в это. Но это неизбежно.

Анна посмотрела сначала на меня, потом на него. Мы старались не спорить в ее присутствии, и я уже пожалела о своей вспышке, но с тех пор, как началась война, Данте видел врагов в каждом встречном. Если его паранойя теперь распространялась и на семью, это было уже слишком.

Данте встал и усадил Анну в свое кресло.

— Можешь нарисовать картину нашей семьи?

Анна кивнула и склонилась над листом с выражением крайней сосредоточенности на своем великолепном лице. Леонас сдвинулся в моих руках, и я осторожно покачала его, чтобы он не начал плакать.

Данте поправил свой жилет и направился в мою сторону, касаясь моего плеча.

— Я не подозреваю Орацио, Вэл. Но его конфликт с твоим отцом – это то, что меня очень беспокоит. Он должен примириться с ним и приступить к исполнению своих обязанностей.

Я не уловила на лице Данте ни намека на обман, но все же какая-то часть меня продолжала испытывать волнение.

— Я знаю, – тихо сказала я. – Папа многого ожидает от Орацио, но мой брат хочет иметь немного свободы. Может быть, поэтому он не хочет остепениться с одной из возможных невест, которых папа ему навязывает.

— В какой-то момент ему нужно будет жениться.

— Не все хотят довольствоваться меньшим, чем любовь, – сказала я, хотя и не была уверена, сдерживает ли Орацио желание любви или он просто хочет продолжать развлекаться.

— Мы не остепенялись, – твердо сказал Данте, притягивая меня ближе, но осторожно, чтобы не придавить нашего спящего сына. – Мы много трудились ради нашей любви и мы были вознаграждены.

Я приподняла бровь с дразнящей улыбкой.

— Мы?

Данте вздохнул и поцеловал уголок моего рта.

— Ты сделала всю работу в самом начале, я знаю. Если бы не твое упрямство, я бы до сих пор…

— …дулся в своем кабинете?

В его глазах мелькнул намек на отчаяние.

— …погрязши в прошлом.

— Готово! – воскликнула Анна.

— Я поговорю с Орацио, – пообещала я.

— Я поговорю с ним сам сегодня.

— Только не надо на него наезжать на него как Дон.