Книга Фиалковое сердце Питбуля, страница 283 – Лана Муар

Через два дня мы начали разговаривать. Кто-то что-то спросил за завтраком, какую-то мелочь, но мы зацепились за нее и уже не смогли остановиться. Мы говорили о доме и о том месте, где он находится. Потом о том, что будем готовить на обед и ужин. Оба настолько соскучились по голосам друг друга, что, услышав их, несли любую чушь, лишь бы снова не слышать тишину. Только оба замолчали, когда я набралась смелости и спросила о Жанне. Нам нужно было поговорить о ней и ребенке здесь и сейчас. Я чувствовала, что этот вопрос не даст нам спокойно жить. Поэтому не торопила Назара с ответом.

Мне было больно слышать об измене Жанны, но ни на секунду не усомнилась в этом. Как и в правильности решения Назара отправить ее в частную клинику под присмотр врачей до результатов теста на отцовство – единственно верное, с учетом того в каком состоянии она заявилась в школу. Я не могла уложить в голове, как можно пить будучи беременной. Не могла понять зачем это делать, если для любой нормальной матери жизнь и здоровье ее ребенка – самое ценное. И похолодела от глухого голоса Назара:

— Ей плевать на ребенка, Эва. Все, что интересует Жанну – деньги. И ребенок для нее – средство их получить.

— Привет, Нель, а Анюта сегодня будет?

Заглянув в тренерскую поздороваться и спросить у преподавателя взрослой группы про ее коллегу, занимающуюся в то же время, но в соседнем зале, и с детьми, беру с полки магнитофон и веду пальцем по стопке, выбирая диск с музыкой, под которую можно разогреться не спеша.

— Привет, Эв. Пока не приехала и не звонила. Наверное, Пашка у нее опять что-нибудь отчебучил. Я бы на Анькином месте уже давно ему уши открутила и по заднице ремнем прошлась. Ну или мужа попросила, если у самой рука не поднимается. Сколько можно терпеть-то?

— Ну да, – улыбнувшись такому грозному настрою воспитать непоседливого вихрастого парнишку, который чуть не каждый день чудил в садике, доводя воспитателей и родителей до кондрашки, взглядом показываю на пакет конфет и шоколадок, принесенных Нелли, и пустую после Пашкиного нашествия вазочку. – Если этим ремнем, то Пашка будет только рад.

— Ой, вот не надо ля-ля. Это нам к чаю.

— И «Киндер сюрприз» тоже?

— Ну ладно, не все нам.

— Я бы поверила, если бы кто-то, – выразительно смотрю на хихикающую Нелли, – хоть раз провел обещанную воспитательную беседу, а не закармливал ребенка сладким. Вот слипнется у Пашки задница, лично выдам Аньке ремень или скакалку, покажу виновницу и подержу дверь.

— Эвка, ты не такая! Я не верю! Не выдавай меня! – сложив ладони в молитвенном жесте, Нелли срывается в хохот раньше, чем я улыбнусь.

— Еще какая такая, – киваю, беру несколько дисков и иду в зал.

Я записалась в студию танцев, чтобы занять себя хоть чем-нибудь – сидеть дома и ничего не делать было просто невыносимо. Пришла посмотреть открытый урок и по его окончанию ко мне подошли две девушки, оказавшиеся руководителями танцевальных кружков. Нелли и Аня буквально засыпали меня вопросами, а узнав про балетную школу за спиной, чуть не в добровольно-принудительном порядке уговорили записаться и выступить с ними на городском конкурсе-концерте через неделю. Особого желания выступать на сцене у меня не было, тем более я не знала как поведет себя после операции колено, но отказываться не стала и пообещала подумать. А на следующий день, поговорив с Назаром и утром съездив в клинику на прием, позвонила и согласилась. Каждый день приходила в зал пораньше, чтобы порепетировать одной, потом занималась с группой и оставалась после занятий – репетировать уже с девчонками. Я хотела загрузить себя и как ни странно именно танцы смогли мне это дать. Привычный за долгие годы ритм с поправкой на разрешенные нагрузки и ощущение усталости вечером медленно возвращали мне меня саму. И еще сдружили с Нелли и Аней. Ну и конечно же с Пашкой, которого Аня приводила с собой в наказание за очередные шалостив саду. Правда он даже не догадывался, что его наказали, а может и шкодил потому, что одна добрая душа – тетя Нелли, – таяла свечкой, стоило ей увидеть на пороге студии вихрастого мальчугана с небесно-голубыми глазами.