Книга Арс. Между кровью и любовью, страница 68 – Мая Фролова

— Ты должна была написать, когда будешь подъезжать.

Вот тут я разозлилась.

— Я написала.

Он достал телефон.

Экран показал непрочитанное сообщение.

Тимур коротко выругался.

— Не увидел.

— Я заметила.

Вокруг нас стояли люди.

Не хотелось выяснять отношения здесь.

Особенно пока в нескольких метрах от меня на полу оставались капли чужой крови.

— Где можно поговорить?

Он несколько секунд смотрел.

Потом кивнул в сторону лестницы.

— Пойдём.

Кабинет наверху оказался небольшим.

Стол, диван, шкаф, несколько мониторов с камерами клуба.

Тимур закрыл дверь.

Я сняла пальто и положила на спинку кресла.

Он пошёл к раковине в углу.

Включил воду.

Начал смывать кровь с рук.

Я смотрела.

Красная вода исчезала в сливе.

Очень простой образ.

И почему-то именно он действовал сильнее разбитого лица мужчины внизу.

Тимур закончил, вытер руки полотенцем.

— Спрашивай.

Я прислонилась бедром к столу.

— Ты его бил?

Никаких попыток юлить.

— Да.

Внутри неприятно сжалось.

Я знала ответ заранее.

Но услышать всё равно было тяжело.

— Почему?

Тимур посмотрел прямо.

— Потому что он работал на людей, которые пытались меня убить, и соврал мне несколько раз подряд.

— И поэтому ты решил избить его?

Он раздражённо выдохнул.

— Ева, не начинай формулировать так, будто я поймал случайного человека на улице.

— Я ничего не формулирую. Я спрашиваю, что произошло.

— Я сказал.

— Нет. Ты сказал, за что его бил. Это не то же самое.

Напряжение сразу стало ощутимым.

Я видела, что ему не нравится разговор.

Мне тоже.

Но впервые просто уйти от него я уже не могла.

Не после того, как стала его девушкой.

Не после того, как спала с ним, познакомилась с матерью и позволила этому человеку занимать всё больше места в моей жизни.

Тимур провёл ладонью по лицу.

— Он передавал информацию. Люди через него получили доступ к машине, которую использовали во время нападения. Сегодня он попытался соврать, что понятия не имеет, кто его нанимал.

— И после того, как ты его ударил, он вспомнил?

— Да.

Ответ прозвучал жёстко.

Мне не понравилось, насколько легко он это сказал.

Наверное, Тимур заметил.

— Ты хочешь, чтобы я тебе соврал?

— Нет.

— Тогда не проси меня выглядеть лучше, чем есть.

Я молчала.

Вот это было честно.

Неприятно честно.

И именно поэтому я осталась.

— Я не прошу.

Тимур приблизился к столу, но не трогал меня.

— Я предупреждал, что у моей семьи есть другая сторона.

— Ты говорил очень общими словами.

— Потому что тебе не нужны подробности.

— Это опять ты решил?

Он сразу замолчал.

Попала.

По выражению лица поняла.

— Не переворачивай, — сказал он уже тише. — Я не пытаюсь сделать из тебя ребёнка. Я просто не вижу смысла рассказывать тебе, кого сегодня привезли, кто кому задолжал и кому я выбил зуб.

Последняя фраза прозвучала настолько буднично, что я невольно напряглась.

Тимур увидел.

— Вот поэтому.

— Поэтому что?

— Поэтому я не рассказываю.

Я покачала головой.

— Нет, Тимур. Ты не рассказываешь не потому, что мне будет неприятно. Ты не рассказываешь потому, что хочешь оставить рядом со мной только ту свою часть, которая тебе самому нравится больше.

На этот раз он действительно разозлился.

— Ты нихуя не знаешь, какая моя часть мне нравится.

— Конечно не знаю. Потому что ты её прячешь.

— Я не прячу. Ты сегодня сама всё увидела.