Книга Кукла для зверя, страница 55 – Ника Долгина

Он моментально воспользовался её покорностью и стянул их вместе, проверяя силу натяжения пут и контролируя нормальный кровоток.

Фиксация была надёжной, и её безотчётный страх отпустить контроль ситуации и остаться совершенно беззащитной перед его силой, заставил её тихо всхлипнуть.

Она не питала иллюзий — даже со свободными руками она не могла чувствовать себя в безопасности, а ограниченная в движениях — и вовсе чувствовала себя слабой.

— Зачем это? Я не сопротивляюсь и не убегу... — её тихий шёпот остался без ответа.

Влад вместо этого подхватил её на руки и опустил на кровать. Он одной рукой перехватил оба её опутанных запястья и прижал сверху, фиксируя. Она была распластана перед ним и совершенно беспомощна, в полной его власти.

Страх щекотал натянутые нервы, передавая по телу импульсы предвкушения. Его горящий тёмной материей взгляд подавлял волю, предлагая сдаться на милость победителя, но она не подчинилась.

Ей хотелось смотреть, раз уж он лишил её возможности трогать...

Влад рывком одной руки стащил через голову свою футболку, и Лера стала жадно разглядывать его загорелое тело и татуировку. Сознание плыло, а тело горело огнём. Его мускулатура была прекрасно развита, а не искусственно прокачана, как у завсегдатаев фитнес клубов.

Татуировка матёрого волка, злобно оскалившего клыкастую пасть, была выполнена профессионалом высочайшего уровня и даже ей, неискушённой в этих делах, показалась великолепной. Рисунок охватывал предплечье от запястья, витиевато поднимался вверх по плечу, пролегал по трицепсу и заканчивался на груди. Зверь кровожадно скалился, острые клыки напоминали бритвы, шерсть была вздыблена от ярости, взор горел жаждой крови новых жертв...

На боку Лера заметила послеоперационные шрамы, их сложно было не заметить.

Надсадно дыша, Влад возвышался над ней. Лицо его было напряжено, выражение серьёзное. Его рука ощутимо сдавила грудь, постепенно его движения приобрели ритм и нарастающий темп. Соски затвердели и жаждали прикосновений. И они последовали — жёсткие, откровенно жадные, иногда даже болючие.

Лера горела в пламени его глаз, как грешница на костре.

Губы были всё ближе, и она призывно выгнулась, выражая готовность к продолжению. Вряд ли он ждал её разрешения, но именно это движение снесло шлюзы его самоконтроля и с гортанным рыком мужчина завладел её ртом, агрессивно толкаясь языком и задавая ритм.

Его горячие ладони путешествовали по телу — трогали, мяли, изучали, сжимали. Затем их сменил язык. Запредельная острота ощущений зажгла девичье тело, смесь беспомощности и власти пьянила как самый забористый коктейль.

Чувство нехватки воздуха заставляло дышать рвано и отрывисто, восполняя такой необходимый кислород. Жидкий огонь растекался по венам.

Между ними по-прежнему была ткань брюк, но недвусмысленные толчки и каменная твёрдость в паху были вполне осязаемы в своей неотвратимости.

По лобку скользнула мужская рука, проникая глубже, растирая сочившуюся влагу, большим пальцем он ласкал клитор, а два других с лёгкостью скользили в ней.

Лера ощутила нарастающее напряжение и закрыла глаза, сосредоточившись на движении его пальцев. Его умелые движения почти сразу подвели её к краю, но не позволяли сорваться, контролируя ситуацию. Девушка сипло дышала, жадно хватала ртом воздух и мысленно умоляла его не останавливаться, но очевидно у него был свой сценарий.