Книга Лучшая бабушка. Империя Железной леди, страница 101 – Арина Теплова

Когда мы наконец оторвались друг от друга, на город спускались сумерки. Мы так и лежали в постели в гостиничном номере, обнимаясь.

— Всё хорошо, душа моя? — спросил тихо Владимир.

— Да, — ответила я счастливо, чуть потягиваясь.

Совсем не хотелось никуда идти или о чём-то думать.

— Зажечь свет?

— Не надо, — замотала головой я.

— Ты такая красивая, — прошептал он, целуя меня в висок и сильнее прижимая к себе.

— Даже не знаю, как так вышло, — сокрушалась я. — Совсем потеряла голову.

— Ты жалеешь о том, что произошло сейчас? — спросил напряжённо Баскаков.

Перевернул меня на спину и внимательно посмотрел в глаза.

— Совсем нет, но всё это случилось так спонтанно, — ответила я озадаченно, мои мысли путались. — И я совсем была не готова к этому.

Он глухо рассмеялся и снова откинулся на спину. Притянул меня к себе на грудь.

— Я люблю тебя, — выдохнул он одними губами.

Я тихо улыбнулась, отчего-то даже не сомневалась в его чувствах.

Я перебирала густую поросль на его груди, а он ласково гладил ладонью мою спину. Мне было так хорошо и спокойно, что хотелось, чтобы это умиротворение длилось вечно.

— Я знал, что простишь меня, Нина. Не переставал надеяться. Ты ведь простила меня, раз сейчас отдалась мне. Так?

Я нахмурилась. Опять он об этом прощении. Что же он такое натворил? Меня так и подмывало спросить, но я боялась разрушить магию этих мимолетных мгновений, где мы были близки и душевно, и телесно.

— Простила, Володя, — ответила я.

Хотя я и не знала, за что его прощать, но мне отчего-то очень хотелось сделать это. И сразу же почувствовала некое облегчение, словно в груди стало легче дышать. Неужели камень на сердце, что носила Нина многие годы, теперь растаял, и я прямо ощутила это?

— Тогда, если ты не будешь возражать, то после твоего развода мы поженимся? — задал он провокационный вопрос.

Я замерла, а потом приподнялась на руках и недоуменно произнесла:

— Тебе не кажется, что ты слишком торопишься? Я и эту близость не планировала, и…

— Не кажется, — перебил Баскаков властно. — Я и так ждал почти двадцать лет.

Двадцать? Почему не тридцать? Разве не в юности Владимир ухаживал за Ниной и хотел жениться? Так мне чуть ранее рассказывал сам Баскаков. Но ее отец был против простого адвоката, поэтому сделал всё, чтобы разлучить молодых людей и выдать Нину замуж за сына своего делового компаньона, за Литвинова. Или я опять чего-то не знала?

— Ты молчишь, Нина?

— Я пока не готова ответить тебе.

Он вдруг напрягся всем телом и процедил:

— Ясно.

Осторожно отодвинув меня в сторону, Владимир быстро поднялся с кровати. Начал стремительно одеваться, тем самым разрушив всю интимную, душевную ауру нашей близости сейчас. Я прямо кожей ощущала его недовольство.

Я приподнялась на локте, прикрываясь простыней, и, поджав губы, следила за энергичными действиями мужчины. Он продолжал упорно одеваться, отвернувшись от меня, меня же это стало нервировать. Он почти закончил, когда я всё же решилась и спросила его:

— Что тебе ясно, Владимир?

Он резко обернулся ко мне, уже одетый в туфли, брюки и рубашку, и, хмуро взглянув на меня, произнес:

— Что, как и раньше, ты воспринимаешь меня как мужчину для удовольствия, а не как спутника по жизни. И это очень неприятно осознавать.