Книга Лучшая бабушка. Империя Железной леди, страница 161 – Арина Теплова

— Да, — глухо вымолвила экономка, опешившим взглядом смотря на молоденькую горничную.

— Только если ты не рылась в его вещах, чтобы найти нужные запонки, подбросить одну к подоконнику и тем самым подставить Аркадия Сергеевича, — продолжал обвинительно Петр. — А потом, когда мы ошиблись и арестовали твоего отца, ты вдруг вспомнила, что это запонки.

— Значит всё-таки Аркадий не кидал этот горошек? — удивлённо воскликнула Анна.

— Нет, — ответила я дочери. — Клавдия видела его спящим на диванчике, когда это случилось.

— А Михаил Андреевич тогда действительно зацепился нечаянно рукавом за подоконник, и мы схватили его, — продолжал Ростопчин. — А подкинутую Ксенией запонку не заметили. Её отца арестовали. И тогда она решила направить нас опять по нужному пути. Ведь именно она отыскала официантку Александру, с которой был её отец в тот вечер, чтобы оправдать его.

— Что вы такое говорите? Не пойму никак. Вы хотите обвинить меня... — начала испуганно Ксения.

— Да, — твердо ответил Петр. — Ты дочь кухарки Натальи и Михаила Андреевича. И именно ты мстила Нине Георгиевне за мать. Отпираться бесполезно, Ксения. У нас есть выписка из твоей метрики. Что Наталья — твоя мать.

— Глупости! Да, я дочь Натальи, но это ничего не доказывает. Зачем мне желать смерти госпоже Литвиновой?

— Месть за матушку. Она ведь очень любила его, многие годы мирилась с тем, что Михаил Андреевич женился на Нине Георгиевне и жил с ней. Главное, что он был счастлив. Но потом, когда Нина Георгиевна вышла замуж за Аркадия, твоя мать этого не могла стерпеть. Она заболела, а потом её и вовсе выгнали из дома. А ещё страдал твой отец Михаил из-за всего этого. И ты решила мстить этой ветреной даме. Ведь так? Душила её подушкой. Потом отравила ее морсом, а далее сбросила цветок ей на голову. Но Нина Георгиевна продолжала перебирать мужей, и появился Баскаков. Его ты тоже решила подставить, как когда-то я Аркадия, и послала отравленные цветы. А затем столкнула в темноте Нину Георгиевну с лестницы.

— Это всё ваши выдумки! — нервно выпалила Ксения. — У вас нет доказательств, что это все сделала я!

— Что скажете, Римма Павловна? — обратился вдруг Ростопчин к чинной даме в синем муаровом платье, стоявшей рядом с приставом Кнуровым.

— Это она, господин пристав, — ответила дама-цветочница. — Теперь я совершенно уверена. Эта девица была переодета в мужской костюм, когда явилась ко мне в цветочную лавку. Именно она и заказала те красные розы. Тот же рост и ее лицо. И голос тот же! Да она вырядилась под мужчину и даже нацепила усы, но я ее прекрасно помню. Еще тогда он показался мне каким-то странным.

— Конечно, Римма Павловна. Ксения же актриса, ей перевоплотиться в образ молодого человека ничего не стоит!

— Какое наглое враньё! — процедила горничная Ксения.

— А вы что скажете, Александра Викторовна? — обратился Ростопчин уже к официантке, которая тоже присутствовала здесь и стояла рядом с возмущенной Ксенией. — Вы узнали тот запах?

— Да. Точно такой же едкий ягодный запах стоял тогда в коридоре, когда мы с Михаилом подошли к подоконнику. Когда оттуда чуть раньше сбросили цветочный горшок. Запах той самой туалетной воды, какой сейчас я чувствую у Ксении.

В гостиной наступила долгая пауза.

— Ничего себе, господин Ростопчин, какое вы провели грандиозное расследование, — даже хмыкнул Кнуров. — И отпечатки, и запахи, и переодевание, и голоса. Осталось только в экскременты залезть, и точно будут все доказательства.