Книга Фиктивная королева волков. Условия ставлю Я, страница 9 – Виолетта Вейл

Пришлось внести еще один стул. Его ножка качалась на каменном полу, и помощник Северина придерживал сиденье коленом с таким достоинством, будто это тоже входило в государственную службу.

На столе лежали церемониальный договор, мое заявление и папка с обгоревшим фрагментом.

Ада начала с папки.

— Мира Весс, назовите всех, кто касался упаковки после наложения номерной печати.

— Я, стражник западной галереи и вы.

— До наложения?

— Только я. Сам фрагмент после выхода из архива лежал на медном подносе. Ночной сторож и переплетчик наблюдали за упаковкой, но не касались бумаги.

Один регистратор записывал, второй сверял каждое имя с моими пометками. Ада осмотрела сургуч через линзу.

— Печать не повреждена. Свидетелей доставят после осмотра лекарем. Почему вы не передали находку ближайшему хранителю?

— Пожар начался внутри Палаты. Я не знала, кто запер дверь и кому можно доверять.

— Почему не оставили ее в ночном сейфе суда?

— Здание было закрыто. Дежурного регистратора не оказалось.

— Вы могли вызвать городского пристава.

— Могла. До церемонии оставалось меньше четырех часов, а распоряжение о переносе уже отправили. Я решила доставить фрагмент вам лично.

Ада сняла очки.

— Решение понятно. Правильным от этого оно не становится. Три часа и сорок семь минут государственная улика находилась у заинтересованной стороны вне судебного хранилища.

— Зафиксируйте нарушение.

Рейнар посмотрел на меня внимательнее.

— Вы не станете спорить?

— С временем трудно спорить. Особенно когда его записали три раза.

Угол его рта едва заметно дрогнул, но голос остался сухим:

— Что заставило вас выбрать этот фрагмент? Почему не спасали весь договор?

— Лист не проходил в служебную створку. На нижнем краю находились вставленная строка, оттиск РС-17-44, номер бумажной партии и части двух свидетельских печатей.

— Вы успели прочитать номер в дыму и после работы с проявителем?

— Я знала, где он расположен. Все государственные листы размечаются одинаково.

— Дверь была заперта снаружи?

— Запор не двигался изнутри. Точный ответ даст осмотр.

— Вы видели того, кто поджег архив?

— Нет.

— Тогда вы не можете утверждать, что пожар устроила Палата.

— Я этого не утверждала. Я отказалась вернуть улику учреждению, где ее уже пытались уничтожить.

Северин сложил руки на столе.

— Вы только что сделали именно то, в чем обвиняете неизвестного человека: изъяли часть договора из законного хранения.

— Я оставила номерную печать, двух свидетелей и письменную запись. Поджигатель оставил закрытую дверь.

— И все же вы признаете нарушение.

— Признаю. Теперь ваша очередь сообщить, кто знал о моем ночном назначении и почему церемонию перенесли.

Помощник Северина перестал придерживать стул, и тот тихо стукнул о пол.

Первый хранитель не изменил позы.

— Расписание доступно двадцати трем служащим. Перенос попросил королевский распорядитель: ожидался дождь, который помешал бы праздничной процессии.

За окном было сухо. Ветер гнал над городом редкие светлые облака.

— Письменное распоряжение принесете на следующее заседание, — сказала Ада.

— Разумеется.

Судья повернулась к регистраторам.

— Вскрывайте.

Один из них занес номер печати в журнал. Второй разрезал сургуч тонким ножом. Фрагмент переложили на белую ткань, не касаясь поверхности пальцами. Обгоревший угол крошился, но цифры партии и нижние части двух оттисков сохранились.