Книга Доктор Варя. Еще одна жизнь попаданки, страница 63 – Элен Скор

Хорошо, значит, Наталья приходила. Нужно дать ей немного денег, пусть купит орехов и мяса. Парню нужен белок.

Нет, я не собиралась заниматься благотворительностью, но ведь Санек, считай, пострадал по нашей вине, не стал бы он ловить вора, ничего бы и не случилось. К тому же я уже привязалась к этому мальчишке, не чужой он мне!

После Санька я заглянула в палату к Никите, тому самому солдатику, который переполошил весь госпиталь, решив покончить с собой.

После того, как я буквально «починила» ему руку, настроение парнишки резко переменилось. Он понял, что все можно исправить. Вот и сейчас вскочил с койки, глядя на меня по щенячьи преданными глазами.

Я приветливо улыбнулась.

— Как вы себя чувствуете? Как рука? Ну-ка пошевелите пальцами.

С рукой все было отлично. Наверное, я никогда не перестану восхищаться полученной силой. Лекарская магия запускала усиленную регенерацию, становясь дополнительным инструментом в руках лекарей.

Никита, чуть стесняясь и отводя лишенные ресниц глаза в сторону, спросил:

— А когда… вы сможете вернуть мне лицо?

— Ну-ка приляг, — попросила я.

Парень послушно улегся на кровать, а я принялась ощупывать его лицо, чтобы понять предстоящий фронт работ. Где-то рубцы были толще, где-то тоньше. Интересно, как он выглядел до травмы? Подумалось, что с новыми возможностями я могу слепить из него кого угодно.

— Никита, а у вас случайно не осталось фотографии?

— Нет, — вздохнул он грустно, — все в том бою пропало.

Я вздохнула. Видимо, снова придется идти к Ольге. Интересно, как там у нее дела? Удался ли рисунок?

Попрощавшись с Никитой, объяснив ему, что между операциями должно пройти немного времени, чтобы он успел снова набраться сил, велела больше есть и спать.

Ольга и Иван были в сестринской, еще в коридоре я услышала их голоса.

— Брови, брови гуще были! Да, вот так. И нос шире! — бубнил Иван.

— Я нос уже третий раз переделываю! — огрызалась подруга.

Когда я вошла, на меня даже не обратили внимания, оба склонились над лежащим на столе листом бумаги.

— Ну что, получается?

Я тоже подошла к столу. Взглянув на рисунок, почувствовала, как по спине пробежался предательский холодок. Ольге удалось невероятно точно ухватить злой и какой-то порочный взгляд глубоко посаженных мужских глаз.

— Это он! Очень похоже!

— Вот и я говорю, что у тебя отлично получается, — заявил Иван, словно только что не препирался с нашей добровольной художницей.

— Какой неприятный тип, — подруга отодвинула от себя рисунок кончиком пальца, словно ей было даже неприятно его касаться.

— И очень опасный, — тихо добавила я, косясь в сторону шкафа, где лежал мой саквояж с револьвером.

Вечером мы все вместе вышли из госпиталя и, попрощавшись, расходились в разные стороны.

— Варвара Ильинична! — окликнули меня.

Возле ворот я увидела экипаж Черкасова. Рядом стоял сам Николай.

Иван сразу набычился, глядя на него как на врага народа. Пришлось быстро его успокаивать, на ходу придумывая, что Черкасов вызвался сегодня сопроводить нас с Ольгой до дома, опасаясь, что на нас снова могут напасть разбойники.

На лице Ивана промелькнула работа мысли. Он уже чувствовал себя героем, помогая составить портрет подозреваемого преступника, а сейчас эту инициативу перехватили.

— Тогда завтра вас провожаем мы! Да, Яков? Мы можем вас каждый день провожать. К тому же нам все равно почти по пути! — Иван выпятил грудь колесом.