Книга Боевой офицер в брачном агенстве: за сбежавших мужей ответственность не несём, страница 13 – Марьяша Ришелье

— Да! Лучшие белки во всём Западном Лесу! Они собирают отборные орехи! Фундук, кедровые, грецкие! Вы никогда не будете голодны! Только достаньте оттуда брата!

— А почему вы сами не можете его достать? — резонно спросил я.

— Потому что я пыталась! — всхлипнула Лириэль. — Три дня! Он говорит, что он теперь не эльф! Он говорит, что он — подкроватный монстр в гипсе! Он завернулся в одеяло и отказывается вылезать! А когда я пытаюсь его вытащить, он начинает кричать стихами!

— Стихами? — заинтересовалась Эмили.

— Да! Ужасными стихами! Про смерть, про боль, про зелёных великанов, которые приходят по ночам! Я больше не могу это слушать! Вчера он зарифмовал слово «безысходность» с «конечность»! С «КОНЕЧНОСТЬ»!

Я переглянулся с Эмили. Ситуация была серьёзнее, чем я думал. Когда эльф начинает рифмовать медицинские термины — это уже клинический случай.

— Ведите, — сказал я. — Показывайте подкроватного монстра.

Лириэль провела нас через анфиладу комнат, каждая из которых была прекраснее предыдущей. В одной пели невидимые птицы, в другой танцевали светящиеся мотыльки, в третьей висели картины, которые двигались, изображая сцены из эльфийской истории. Но мне было не до красот. Я пришёл сюда с миссией.

Наконец мы остановились перед дверью, увитой розами. Из-за двери доносился... шёпот. Точнее, монотонное бормотание, похожее на заклинание.

— ...я не эльф, я не эльф, я подкроватный монстр в гипсе, и никто меня не любит, и орехов мне не надо, я питаюсь пылью...

— Вот, — трагическим шёпотом сказала Лириэль. — Слышите? Это продолжается уже третий день. Он не ест, не пьёт, только лежит под кроватью и вот это вот.

— А как он ходит в туалет? — шёпотом спросила Эмили.

— Мы не будем об этом говорить, — так же шёпотом ответила Лириэль. — Это... сложная тема. Скажем так, у нас теперь много пустых бутылок из-под вина.

Я кивнул и решительно толкнул дверь. Она распахнулась, и мы вошли в спальню Эртиана.

Комната была прекрасна — в эльфийском смысле. Звёздное небо на потолке (настоящее, уменьшенная проекция), шёлковые простыни, изящная мебель. Но всё это меркло перед зрелищем под кроватью. А именно — перед огромной резной кроватью из белого дерева, из-под которой свисал край одеяла и доносилось монотонное бормотание.

— Эртиан? — позвал я, опускаясь на корточки. — Меня зовут Рейгер. Я из брачного агентства. Я здесь, чтобы помочь.

Бормотание прекратилось. Из-под кровати воцарилось напряжённое молчание.

— Уходите, — раздался наконец дрожащий голос. — Здесь нет никакого Эртиана. Здесь только Подкроватный Монстр. В гипсе.

— В гипсе? — уточнил я.

— В ста двадцати семи гипсах! — горько уточнил голос. — Я пересчитал! Каждый хруст! Я слышал каждый хруст своих костей! А потом этот... этот зелёный... он сказал: «Слишком хрупкий»! СЛИШКОМ ХРУПКИЙ! Я! Эльф Серебряной Ветви! Потомок Лунных Королей! Слишком хрупкий!

Послышался звук, похожий на рыдание, прерываемое попытками что-то зарифмовать.

— Эртиан, — я решил зайти с другой стороны. — А как же Грымза?

— НЕ ПРОИЗНОСИТЕ ЭТО ИМЯ В ЭТОМ ДОМЕ! — взвыл голос. — Она... она прекрасна! Вы понимаете?! Она прекрасна! Она смотрела на меня, и её глаза были как два болотных огонька! БОЛОТНЫХ! Я написал про это стихи! И она слушала! Она слушала мои стихи и не смеялась! Она плакала! Орчиха! Плакала от моих стихов!