Книга Пленница мертвого Двора, страница 102 – Элина Амори

Я стояла неподвижно. Проклятие на меня не действовало.

Талрон не дошел до трона и обернулся ко мне. Я застыла в ледяном ожидании, боясь и надеясь одновременно. Я ждала его в темнице, а он не пришел. Боялась, что он злится: за то, что попалась и меня разоблачили.

Ненавидит он меня теперь, презирает? Оставит тут, как ненужный инструмент или все-таки заберет с собой, чтобы наказать? Но глупое сердце сжималось в груди с надеждой.

Глава 47. Возвращение домой

Когда Талрон подошел ко мне, в зале уже стояла полная тишина. Слуги, гости — все, кто не успел убежать, лежали вповалку. Даже король не двигался.

— Идем, — тихо произнес Талрон.

На его лице не отражалось ни единой эмоции.

Зол ли он? Расстроен? Обижен? Или рад меня видеть? Понять ничего не удавалось, и от этого внутри становилось холодно.

— Чем дольше я остаюсь здесь, тем больше фэйри не проснутся, — добавил он.

Талрон направился к выходу, и я последовала за ним. Оставаться во дворце после всего случившегося точно не имело никакого смысла.

Мы шли молча. Я опустила голову, ноги едва переставляла, но Талрон не сбавлял шага и не оглядывался.

Во дворе все оказалось так же, как в тронном зале: стражники, слуги и нарядные гости лежали кто где, застыв в неестественных позах.

Талрон призвал мертвого коня с пустыми глазницами, помог мне сесть, а затем вскочил в седло сам. И снова ни единого слова.

Боний сорвался с места, и мы понеслись прочь от дворца, оставляя за спиной тронный зал, спящих фэйри и корону, так и валяющуюся никому ненужную на полу.

Неизвестность пугала, но находиться рядом с Талроном уже было облегчением. Я держалась за поводья, чувствуя, как ветер хлещет по лицу, как холод пробирается под одежду, как последние силы покидают тело.

Не знаю, сколько продолжался этот полет. Знала лишь одно: Талрон вез меня домой.

Когда боний опустился на землю, Талрон первым спрыгнул на землю и помог мне слезть. Я пошатнулась, и он поддержал меня за локоть, но по-прежнему молчал.

Потом провел по коридору мимо знакомых дверей и големов, застывших у стен. Ни взгляда, ни вопроса о самочувствии, ни единого объяснения. Будто на него наложили еще одно проклятие — молчания.

У моей комнаты Талрон остановился, открыл дверь и пропустил меня внутрь. Я вошла и обернулась, ожидая, что он наконец скажет хоть что-нибудь.

Но Талрон лишь закрыл дверь. А потом его шаги затихли в коридоре, и я осталась одна.

Я стояла посреди комнаты и не знала, что думать. Сил не было. Сначала села на кровать, потом легла и уставилась в потолок. Хотелось плакать от обиды.

Зато мягкая теплая постель постепенно расслабила измученное тело. Не раздеваясь, я забралась под одеяло и впервые за последние две недели уснула крепким, спокойным сном.

Прошло несколько часов, а может, и больше, прежде чем меня разбудил стук в дверь.

В комнату вошла Висла. В руках она держала поднос с едой, кувшин воды и чистую одежду. Ничего не спрашивала, только вздыхала и бросала на меня осторожные взгляды.

Поставив поднос на стол, Висла помогла мне сесть и принялась кормить с ложки, как ребенка.

Ела я медленно, но с каждым глотком по телу растекалось тепло. Висла молчала, лишь изредка поправляла одеяло и гладила меня по голове.

Так прошло несколько дней.