Книга Пленница мертвого Двора, страница 93 – Элина Амори

— Прошу, Ваше Величество, — шептала я, стараясь, чтобы голос звучал как можно более жалобно. — Я сразу вернусь…

— Не будем затягивать, — сказал он с усмешкой, и я почувствовала, как его рука скользнула под подол платья.

Я сглотнула. Мне нужно было придумать план. Как вырваться, не вызвав подозрений?

— Если вы позволите мне хотя бы на несколько минут… — упорно продолжала я, но король не дал мне договорить.

— Хватит, Амелия, — резко сказал он, и я почувствовала, как меняется его настроение. — Я устал от твоих отговорок. Ты здесь, чтобы развлекать меня, а не искать поводы уйти.

Он прижал меня к себе, его руки оказались на моей талии, а его дыхание опалило шею. Я зажмурилась и попыталась думать о Талроне — о его голосе, прикосновениях, о том, что он сказал перед моим уходом.

Я знала, что должна выдержать, но каждая секунда этого унижения казалась вечностью.

— Мне… — начала я, но слова застряли у меня в горле.

Король не стал ждать моего ответа. Он отстранился, взял со стола кубок и протянул мне с таким суровым взглядом, что я поняла — отказ будет стоить мне слишком дорого. Я взяла кубок и сделала глоток сладкого, густого, почти приторного вина. Оно обожгло горло, и я почувствовала, как по телу разливается тепло.

Что ж, возможно, это даже пойдет мне на пользу и придаст храбрости.

— Вот так, — сказал король, довольно улыбаясь. — Теперь ты больше похожа на гостью. Остался лишь один маленький штрих.

Он взял со столика яблоко — золотое, сочное, с каплями влаги на гладкой кожице. Я узнала его, узнала этот запах и вспомнила, что оно делает. Надеюсь, Талрон наделил меня достаточно сильным даром, чтобы я могла сопротивляться.

— Попробуй, — сказал король, поднося яблоко к моим губам. — Оно помогает расслабиться и забыть о страхах.

Я послушно открыла рот и откусила. Сладкий сок разлился по языку, и я почувствовала, как мир становится мягче, как предметы теряют резкость. Я знала, что это яблоко должно было взять меня под контроль, но оно лишь слегка коснулось моего сознания и отступило.

Все-таки работает… Я с облегчением вздохнула, а потом заставила себя расплыться в дурацкой улыбке. Так ведь я должна была себя вести?

Король наблюдал за мной, ожидая, пока я растворюсь в эйфории. Но я не растворилась. Лишь делала вид, будто плыву по течению и готова на все, но внутри оставалась собой.

Он наклонился ко мне, и его руки снова легли на мое тело, скользнули по плечам, по груди. Я позволила ему. Прикрыла глаза, сделала вид, что наслаждаюсь, но в голове крутилась одна мысль: послание. Я должна передать послание.

Он стянул платье, и я почувствовала, как прохладный воздух касается кожи. Его пальцы скользили по животу, по бедрам. Изображать удовольствие, когда хотелось просто бежать и плакать, было для меня ужасной пыткой.

Когда он отвлекся, чтобы взять еще один кубок, я поняла: сейчас или никогда. Я дернула за тонкую золотистую тесемочку, отбросив весь стыд и смущение. Потому что сейчас они мне ни капельки не помогали. Но я продолжала изображать легкое сумасшествие, по-дурацки улыбаясь.

— Мне кажется, это ваше, — пробормотала я, когда король повернулся ко мне, и протянула заветный цилиндр на раскрытой ладони.

Король замер. На его лице мелькнуло удивление, а потом — жадность. Он схватил цилиндр, открыл его, извлек крошечный кусочек пергамента и пробежал по нему взглядом. Его брови чуть приподнялись.