Книга Драконий брак, где всё не так, страница 54 – Оксана Октябрьская

— Ты поешь по пути, — я строго на него посмотрела, и Вико улыбнулся, наверное,

впервые за эти дни.

Мы утеплились, Пушок был посажен в яркую сумку, я её уже тоже довязала, взяли

плед, небольшую корзинку с бутылью тыквенного сока, яблочными пирожками,

колбасой, хлебом и редиской, и отправились на прогулку.

— Ну, рассказывай, что тут у вас где, я же ещё ничего не знаю, будешь моим

проводником.

Мальчик живо закивал и принялся тыкать пальцем:

— Вот там небольшая ферма, — он указал на несколько одноэтажных построек вдали,

— она снабжает Брахсхели молоком, маслом, сыром, но ты туда не ходи. Видишь

тот отдельный сарай? Там быка держат, он совсем дурной, бросается на всех,

только одного работника слушается, да и то, если не взбесится, а бывает, что

и папе его усмирять приходится, огнём. Этот бык нам один раз двор разнёс,

огород вытоптал, всех людей в замок загнал, а папа был в горах, и мы сидели

целый день, пока не вернулся. Он бычару на место отнёс, огнём напугал, и тот

присмирел.

— Ужасы у вас тут какие...

— Ну, да, бывает. Ещё иногда на соседнюю речку прилетают дикие гуси, как раз

скоро должны уже, и тогда люди жалуются, что стирать нельзя, гуси эти их

гоняют с берега! Выглядит смешно, — хихикнул Вико, — а щиплются больно, — он

машинально потёр пониже спины.

— Что, опыт имеется? — я тоже рассмеялась. — Чего же ты туда ходил, если знал,

что там гуси?

— Так любопытно же, — просто ответил он.

— И главное, сразу всё доходит, да? Пара щипков от гуся, и голова моментально

начинает соображать лучше. Магия!

Вико захихикал, смущённо склонив голову, но кивнул...

Мы ушли довольно далеко от замка, тут парк уже закончился, но мальчик уверял,

что это безопасно, потому что в здешних небольших лесах кроме мелких

животных никого нет. На опушке такого вот леса, редкого, пронизанного

солнцем, мы нашли поваленное дерево и расположились на пикник, оказавшийся

очень коротким. Вико почти моментально слопал всё, мне только пирожок и

редиска достались, а Пушок успел стащить кусок колбасы, правда, он по пути

не высовывал носа из сумки, грыз сухие яблоки, сухарики и орешки, так что не

оголодал точно.

— Уф, как объелся... — мальчик погладил себя по животу. — Вот бы папа прилетел

и отнёс домой, а то, кажется, моё пузо перевесит и я упаду носом в землю.

— Тогда посиди тут, отдохни, а я схожу вон к тем деревьям, сдаётся мне, что нас

ждёт варенье...

— Это огнёвка, она же горькая! — нахмурился мальчик, но я всё равно пошла,

прихватив Пушка.

То, что издалека определила как рябину, ею и оказалось. Бордово-рыжие листья

трепетали на ветру, а ветки клонились к земле под тяжестью кистей алых ягод.

— Рябина же? — спросила я друга, он пробовал сушёные ягоды дома, ошибиться не

мог.

Крысик принюхался, потянулся за ягодой и куснул.

— Угу, сладкая, сочная, — Пушок потянул за ветку, — нарви мне. И посушить тоже.

— Домовитый и запасливый. И кому такой жених достанется? — хихикнула я, и

повернулась к мальчику: — Вико, принеси, пожалуйста, корзинку!

Пока я набирала ягоды, драконёнок, ставший вялым и сонным, доплёлся с тарой.

— Что ты делаешь? Зачем тебе эти ягоды? — сморщился он.

— На обалденное варенье! Попробуешь и пальчики оближешь, уж поверь, –

подмигнула я.

— У нас эту гадость только птицы клюют, — Вико мне не поверил, но забрал сумку