Книга Делагарди, страница 150 – Элизабет Кензи

А эти выпадающие пряди, щелканье пальцев — тоже ложь. Дружба оказалась спектаклем одного актера для одного зрителя. Хотелось подойти и разбить эту идеальную оболочку, увидеть глину под кожей, чтобы окончательно убедиться и смыть все надежды на ошибку.

Голем пришел проверить, не сбежала ли его подопечная.

Он опустился на сиденье напротив, и вынув телефон из кармана, бегло застучал по экрану.

У самого моего бедра послышалось жужжание. Высветилось сообщение от Лоя.

Наш старый, дурацкий ритуал — переписываться, находясь в одной комнате. Это было так привычно, что я невольно улыбнулась. Мышцы сработали быстрее разума.

«Как ты? Что за стиль мумии на руках?»

Это было больно. Его юмор, каждая буква в этом сообщении кричала о том, что он настоящий. Пальцы набрали ответ сами собой, повинуясь мышечной памяти, игнорируя здравый смысл, который требовал разбить телефон об стену.

«Практикую отпор».

Ответ пришел сразу, он боялся упустить момент связи.

«Я могу сесть рядом?»

Раньше он бы просто плюхнулся на соседнее кресло, бесцеремонно раскинув ноги. Теперь он спрашивал разрешения, очерчивая между нами демаркационную линию.

Из кабинета наконец вышла Дакота.

— О, Лой! Приветик! — Она бодро помахала ему рукой. Потом повернулась ко мне, натягивая улыбку. — У меня вроде как пневмония. Только не паникуй. Врач настаивает, чтобы я легла в стационар на пару дней.

— Ужас…

С одной стороны облегчение. Она будет под присмотром. С другой страх, что это вина магии.

Лой остался на своем месте.

— Слушай, я сгоняю домой за вещами, — затараторила Дакота, поправляя плед. — А ты побудь тут, может, узнаешь, что про Иди.

— Давай лучше я, тебе же плохо. — Я шагнула к ней, перехватывая инициативу.

— Не-не, мне пока лучше. Я сама, проедусь, ты еще вещи не те соберешь. Не скучай!

Она чмокнула меня в щеку, обдав запахом лекарств, и быстро зашагала к выходу, даже не оглянувшись.

Я осталась одна. Точнее, почти одна.

Развернувшись, я направилась в то крыло, куда увезли каталку с Иди.

За спиной послышались размеренные шаги. Не нужно было оборачиваться, чтобы знать, кто это. Лой шел следом, как привязанный, но соблюдал дистанцию, которую я очертила своим молчанием.

У дверей отделения я остановилась и привалилась спиной к прохладной стене. Лой замер в пяти метрах, глядя в пол. Смотреть на это было невыносимо.

— Садись, — бросила я, кивнув на свободный стул рядом.

Он вскинул голову, не веря своим ушам. Уголки его губ дрогнули в робкой улыбке, и он щелкнул пальцами. Этот щелчок ударил в самое сердце.

— Рассказывай. — Мой голос был твердым. — Все, что знаешь.

Он опустился на стул, ссутулившись, глядя на свои руки.

— Я знаю только то, что вложила в меня твоя мать…

— Почему ты молчал? — перебила я. — Почему она бросила меня?

— Она спасала тебя. Ну, думала так. Она работала у Делагарди служанкой, влюбилась, забеременела. Сказала, что ты им будешь нужна.

— Стоп. — Я подняла руку. — Когда она это сказала? Когда я родилась?

— Нет. Когда была беременной. Она почувствовала силу.

— Моя мать была ведьмой?

— Нет. В мире больше нет ведьм и магов.

— Магов? То есть были и те, и те?

— Да. Когда-то были. Потом что-то произошло, и они исчезли. Остались только проклятые.

Я потерла виски. Мозг закипал от информации.