Книга Делагарди, страница 158 – Элизабет Кензи

— И когда ты воссоединилась с дневником, сомнения отпали, — продолжила Леонор, не замечая моей задумчивости. — Хотя разум все еще противился. Ведь биологически твое существование — нонсенс. Маги и ведьмы не могли иметь потомства. Никогда. Это противоречие Балансу. Энергии аннигилируют друг друга. Это закон. Но здесь…

Она сменила позу, разгладив несуществующую складку на платье.

— Ситуация вышла из-под контроля. Проклятый и нечистокровная ведьма. Такое предвидеть сложно. Такое в проклятии не прописано. Иначе ошибка вселенной.

Ошибка. Вселенной.

Внутри скрутило от омерзения к самой себе — к своему дыханию, к стуку сердца, который теперь был назойливым шумом, нарушающим идеальную гладь мира. Я была браком. Хотелось извиниться перед всеми за то, что я занимаю место в этой жизни. За то, что ворую кислород, предназначенный для настоящих людей.

Но им этого не позволено видеть, поэтому пропустив эти слова мимо, я выстрелила:

— Лоэрт мой отец?

Она потерла верхнюю губу.

— Возможно. Он исчез сразу после вашей встречи. Но это в его духе: иметь много различных связей.

Эта новость была еще хуже. Быть дочерью мерзкого и высокомерного аристократа, значит быть причастной к его выходкам.

— Так значит, мама. — Я вцепилась в подлокотник. — Она правильно сделала, что сбежала…

— Мирна, она видела лишь фрагмент всей истории. А как всем известно, страх — плохой советчик. И все, что она истолковала, могло быть ошибкой. Мне жаль, ведь вы могли жить вдвоем и никого не бояться все эти годы.

— Разве я вам не нужна? Разве вы не отправили Дакоте наследство?

Леонор перевела взгляд на Лоя, и ее плечи заметно напряглись.

— Ты нужна не только нам. Ты нужна… сейчас всем людям, даже если они этого не понимают. Иди, Лой, даже Дакота… они страдают от дисбаланса. Потопы, землетрясения… Я не представляю, для каких целей нам тебя использовать, если бы это привело к такому…

— Чтобы вернуть себе силу? — Лой подался вперед.

Леонор нахмурилась. Удар достиг цели.

— Что ж, тогда бы мы отыскали ее раньше. Я не стану лгать, я всем мертвым сердцем желаю вернуть своим детям жизнь. Но ритуала нет. Ни кровавой жертвы, ни артефакта. Их просто не существует. Ведьмы пожертвовали собой, не оставляя инструкции, как все вернуть. Мы перерыли библиотеки, сравнивали память Первых, искали лазейки веками. Пусто.

Первые. Дед говорил о них.

— Бессмысленно, — продолжила она, и голос дрогнул. — Нет ритуала, возвращающего все на свои места. Мертвых не воскресить. Мы влачим существование, проклятые той энергией, которую должны были хранить. Мы дети Баланса, но теперь враги. Мы не можем жить без энергии, но чем больше потребляем, тем быстрее умираем. Если не употребляем вообще, погибнем еще быстрее. Магов больше нет, мы лишь подобие наших великих предков. Все, что сейчас можно сделать, это нам следовать за тобой, Мирна. Ждать, когда твоя кровь, в которой смешались два начала, укажет путь. Ждать, когда твои силы приведут нас к верному пути. Ибо другой путь, я надеюсь, ты не выберешь.

Ее слова методично ломали хребет. Они хотели повесить судьбу целого мира на мои плечи. На девчонку, которая ноет от малейшей боли, которая пыхтит, забираясь в гору. Это даже не миссия спасти вселенную. Это целый приговор. Приговор к адской муке и яме из чувства вины. И вряд ли их волновали мои чувства, мое желание. У ошибок не спрашивают мнения. Мне вручили гниющий мир и предлагали его склеить, пока я сама не тресну от навалившейся ноши.