Книга Делагарди, страница 178 – Элизабет Кензи

— Замолчи! — прервала я, и кожу обдало паром.

Настоящий, горячий пар исходил от моих рук, конденсируясь в воздухе.

Корвен лающе рассмеялся. Черные пряди волос небрежно падали на лоб, обрамляя острую линию подбородка.

— Тебе стоило бы отблагодарить меня. — Он склонил голову, разглядывая мои джинсы. — Я спас твою жизнь, Ключик.

— Спасибо. — Лицо свело отвращением.

— Я хотел бы не такую благодарность.

Его глаза скользили по моей шее, по ключицам.

— Ты мерзкий, — выплюнула я. — Не приближайся ко мне.

— Это хорошо.

Он оскалился, демонстрируя ряд белых зубов, но шаг не замедлил. Загонял меня в угол между столом и шкафом.

— Почему ты так ко мне относишься? Что я тебе сделала?

Корвен был огромен. Он был выше Ардена, шире в плечах, массивнее. Но страх, который должен был парализовать, сгорел в топке омерзения. Мне было противно.

— Ты все портишь. — Он остановился в полуметре. — Разрушаешь все вокруг. Возомнила себя мессией. Но на самом деле ты — ничтожество. За которым нужно следить, чтобы оно ничего случайно не испортило. Все вертится вокруг тебя только по одной причине. Чтобы в итоге использовать…

— Хватит!

Я вскинула руки.

Пальцы очертили круг. И невидимый таран врезался Корвену в грудь. Он пошатнулся, его стопы с визгом проскользили по полу назад. Он взмахнул руками, ловя равновесие, и едва не снес лампу.

— Ключик… — протянул он с издевкой.

Он медленно выпрямился. Поправил волосы, упавшие на глаза. И рассмеялся.

— Когда же ты поймешь…

Дверь открылась.

На пороге стоял Давен. Он выглядел безупречно.

— Не мешаю вам?

— Нет, — Корвен осекся. Его веселье сменилось угрюмой настороженностью.

— Мне нужна твоя помощь, — Давен даже не взглянул на меня, обращаясь только к брату. — Идем.

Корвен бросил на меня многозначительный взгляд, и двинулся к выходу.

Давен задержался в дверях.

— Кстати, я был у Дакоты. Но не сказал пока, не хочу сделать больно так неожиданно, — сказал он, повернув голову в мою сторону. — Ей уже лучше.

— Покончи с этим как можно скорее. Но если я узнаю, что ты еще что-то делал…

— Да, я уже понял.

Они вышли. И мои колени подогнулись так, что мне пришлось опереться о стену.

Я оккупировала ванную на первом этаже. Простор, выложенный холодным мрамором, стал полигоном. Шепот срывался с губ, пока руки старательно складывались в нужные комбинации. Я училась выпускать силу. Что-то выглядело просто, но на деле оказывалось тяжелее всего. Например, как исцеление, где нужно было всего-то зажать пальцами рану и прошептать. Заклинания ветра давались легче всего. Осталось научиться наслаивать потоки. Все это требовало больше упорства.

Когда из носа пошла кровь, я закончила.

Дальше учебник со стихами лег на колени. Я зубрила связки слов, вбивая в память ритм чужого языка, чтобы при встрече с Марцеллом понимать и говорить. Это давалось, на удивление, легко. Я читала, учила пока рассвет не окрасил плитку в серый, загоняя в постель.

Пробуждение пришло со звоном стекла.

Нисса сидела у макияжного столика. Расческа вгрызалась в ее волосы, а локти то и дело задевали флаконы, смахивая их на пол.

— Не знаю, зачем мне столько косметики, — произнесла она, поймав мой взгляд в отражении. — Едва ли это украсит мою жизнь.

— Это лучше, чем жалеть себя сутками, — голос хрипел. Мне не хотелось показывать жалость. В этой семье слабым было не место.