Онлайн книга «Марена и Кощей»
|
Скоро рубашка стала мокрой насквозь и задубела, превратившись в лед. Царапала кожу как стекло. Но снега не становилось меньше, он наваливал, и наваливал… Тяжелый, слежавшийся в толстые и тонкие пластины, которые крошились под пальцами. Взрывался снежной пылью в кулаках. Один сугроб выше другого, вокруг ее избы снег почти не чистили, и можно было утонуть по пояс. Уже начали подвывать собаки, кое-где зажигаться свет в темных окнах. Сейчас, кто-то непременно выйдет и увидит ее. «Проклятье!» Марена ударила кулаком по снегу. «Проклятье!» Встала на ноги. Злость нарастала. Неужели нет никакого способа избавиться от Кощея? Неужели ничего ей уже не поможет? Она закричала в глухую темноту двора, и снег взорвался белым от сильного порыва ветра. Марену трясло с ног до головы. Смерть пришла к ней из самой земли, горели ступни, горели пальцы - ее окружал мир сна и умирания. Что-то возродиться вновь, когда придется весна. Но сейчас земля была полна смерти. Марена ощущала ее, как ветер на волосах. Она тут же рассмеялась, вцепившись пальцами в волосы, что превратились в жесткий, замёрзший колтун. Она чувствовала себя иначе, как-то по-другому… И тут ее взгляд нашел то, что она искала. Среди снега блеснул осколок зеркала. * * * Зима волком прошлась по Навийграду. Утром Марену встретили вести, что прямо за воротами нашли закоченевшего мужика в тулупе, это когда она в одной рубахе снег разгребала. И даже не закашляла. Всем было холодно. Ругались, что морозы нынче свирепые, а ветра злющие. И только Марена слушала это удивленно, точно холода ее стороной обходили. Ночью она вернулась и села к печи. Оттаяла как снегурочка. Косы от воды потяжелели, рубаха размокла и обвисла. А она терла зеркало красными пальцами и ждала. Баюн бегал вокруг нее: — Это же зеркало бессмертных! Кто тебе его дурехе дал? Ты с кем говорить собралась, безумная? — Если ничем помочь не можешь, просто оставь меня в покое! — крикнула на него Марена. Баюн опустил уши и слегка поник, ушел молча, за печку, и от обиды долго не показывался. А Змей наконец-то ответил. — О, не уж-то передумала! А то я уже устал на снег глядеть, — он улыбнулся. — Как я тебе вижу? Ты же сейчас сидишь в темнице, в облике змея, — спросила Марена, начиная издалека. Не хотелось признавать, что из всех способов убить Кощея — у нее остался самый безумный. — А это… так это мой образ в зеркале. К тому же лишь часть, самая красноречивая и обольстительная. У меня еще есть… ммм… лики, но они такие зануды. А что красив безумно, так это знаю! Не трать время на комплименты. — Что? — Марена скуксилась, как от горькой редьки. — Ты похож на пригожую бабу! Знаешь ли, не каждая женщина считает это красивым. — Правда? А зачем ты так оделась? Марена кинула взгляд на свою мокрую рубашку и закрыла ему вид на грудь, сквозь просвечивающуюся ткань, перекинув волосы со спины на плечи. — Ну уж для тебя, конечно, старалась, возбудить твое дряхленькое, старое нутро. Что? Груди первый раз увидел? Вот уж невидаль правда! Змей засмеялся, аж захрюкал от радости. — Так я еще и старый! И совсем тебе не нравлюсь? Ты откуда такая взялась? Никто мне еще такого не говорил. Знаешь, сколько баб под мной и передо мной мялось, и цвело как мак. А кто для тебя красив? Может, Кощей. Он-то на бабу не похож. Скорее на коршуна, что жрет добычу живьем. |