Онлайн книга «Марена и Кощей»
|
* * * Василиса заняла свои старые покои в светлом тереме. А Марену Кощей поселил отдельно — в небольшой избушке, где раньше, по слухам, жила старая лекарка. Изба находилась рядом с конюшней, в самой дальней части Гордеевых владений. Марена догадывалась, что её отдельное жильё — не щедрый дар. Даже если она будет кричать тут во всё горло, её мало кто услышит. Хочет навещать время от времени? Первым делом Марена нашла среди пыльной посуды большой нож и положила под подушку, чтобы в случае чего не быть безропотной овцой, которую разложат на этой кровати. Ему придётся повозиться. Даже если в итоге он возьмёт своё, но без боя Кощей её не получит. Впрочем, избушка была сухой, чистой и просторной. Печная труба выходила на улицу, а прорези для окон прикрывала полупрозрачная слюда. Казалось бы, желать большего и не нужно. Впервые с момента пробуждения на болотах в её жилище не гуляли сквозняки. Впервые у неё была настоящая деревянная кровать с периной, подушкой и стёганым одеялом, а не набросанные на пол затхлые тюки соломы. И был уголок, где можно заниматься тем, что она умела, — заготавливать настойки и травы. Уютная клетка. Даже запирать не надо. Наспех протерев сундуки, полки от пыли и помыв пол, чтобы не жить тут как свинья, Марена заспешила к Василисе. Но ей дорогу неожиданно нагло перегородили два стражника. — Тебя хотел видеть личный каратель Гордея Грозного Малюта Скуров. Ступай за нами. «Каратель? Что ещё за каратель?» — Я иду к царевне. — Ступай за нами. Марена в надежде оглянулась по сторонам, но даже слуг было не видно. Она вытерла вспотевшие ладони о юбку, мило улыбнулась и последовала за мрачными стражниками. Малюта, одетый в медвежью шубу, занюхал понюшку табаку сначала одной ноздрей, потом другой. Испустил довольный полурык-полувздох, разглядывая Марену, что сидела на уголке скамьи. Его карие, почти чёрные, маленькие глазки оббежали каждый вершок её тела, и она чувствовала холод между лопаток. На окнах острога стояли решётки. В дерево на полу впиталась бурая кровь. В углу свалены ржавые пилы, молотки и клещи. У стены стоит испачканная кровью дыба с ремнями и какой-то страшный стул, устрашающе ощерившийся кольями. Она чувствовала смерть, что таилась в каждом уголке пыточной, въелась в камень бурыми разводами и осталась далёким эхом замученных людей. Малюта огладил бороду жёлтыми от табака пальцами и сел напротив Марены, ласково улыбнулся. — Какие красивые нынче бабы рождаются. Слышал я, что ты дочь Ратибора. А мать твоя кто? Жар бросился в лицо Марены. Она опустила глаза, ощущая бешеный стук сердца. «Кто её мать? Да откуда я знаю?» — Добрая женщина, — ответила она с улыбкой. Малюта хрипло хохотнул, открыл рот буквой «о» и огладил его пальцами по кругу. — Добрая женщина? А имя у доброй женщины есть? — Есть, — Марена улыбнулась, — имя, достойное самой прекрасной женщины. — Ты мне зубы не заговаривай, я тебя за космы ещё не схватил, потому что ты с Кощеем приехала. Кто твоя мать? «Если спрашивает, может, не знает? Сбрешу что-нибудь. Надо же ответить, иначе всё равно заподозрит…» — Елень Лодонежская. «Что я несу? Он меня сейчас раскусит как орех!» Малюта нахмурился, что-то перебирая в голове, пожал плечами, скривил рот. — Не слышал про такую… Тоже красивая? |